Рецензии на книги

Рецензия на книгу «Время Березовского» Петра Авена

Book24 — официальный магазин издательств: ЭКСМО, АСТ, Манн Иванов и Фербер, Вентана Граф и Дрофа

Книга Петра Авена «Время Березовского» написана с целью осмыслить крутые перемены, происшедшие в России с момента ее перехода от «развитого социализма» к капитализму. В качестве ее вполне достойного «прототипа» можно считать вышедшую 10 лет назад в русском переводе книгу «Олигархи. Богатство и власть в новой России» американского журналиста Дэвида Хоффмана, который с 1995 по 2001 год работал в России и стал свидетелем драматических событий в российской общественной жизни, политике и экономике.

Рецензия на книгу «Время Березовского» Петра Авена

Разные части книги Авена привязаны к этапам жизни Бориса Березовского. В довольно эклектической «матрице» разбитых на куски интервью коррелировать позиции разных персонажей, дававших интервью, весьма трудно. К слову, реплика Авена о том, что книгу Хоффмана «почти никто не читал» (с. 51), наверняка является заблуждением. Но это и объясняет, почему некоторые истории в обеих книгах повторяются почти дословно.

Березовский был разговорчивым и многословным человеком и выдал при жизни множество афоризмов, по которым вполне можно восстановить его жизненную позицию, характер и пристрастия. Однако он ушел из жизни, так перед этим ничего не сказав и лишив тем самым своих биографов возможности сделать однозначный вывод о причинах его суицида. Будь он пишущим человеком, то наверняка бы это сделал, подобно многим персонажам книги Григория Чхартишвили (Бориса Акунина) «Писатель и самоубийство». Так что, если начинать «с конца», то остается уповать на обоснованность вердикта британских следователей относительно «шарфа на шее» Березовского, а также на его последние устные признания, сделанные незадолго до смерти немногим близким ему людям. Судебный процесс с Абрамовичем развеял иллюзии о том, что английский суд его поддержит и что он обаял судью. Вынесенный судьей вердикт о том, что Березовский – лжец, подкосил его основательно. Жизненная программа его, скорее всего, оказалась полностью исчерпанной. Исполнение множества желаний сократило продолжительность его жизни подобно сокращению размеров пресловутой бальзаковской шагреневой кожи…

В покаянном письме к Владимиру Путину он написал, что «совершенно проиграл свою жизнь, что был во всем абсолютно не прав» (с. 686).

Мистический «миллиард»

Читать бесплатно
Купить книгу

Березовский и будущие олигархи, его современники (Ходорковский, Невзлин и другие), в качестве одной из своих целей поставили «заработать миллиард». Сумма по меркам советского времени огромная, но это их абсолютно не смущало: пример американских миллиардеров оказался заразительным. А пресловутые залоговые аукционы позволили это осуществить практически без построения какого-либо бизнеса.

У Березовского мечта стать миллиардером зародилась в 1988 году, когда он, являясь заведующим лабораторией в престижном академическом институте, решил расстаться с планами на получение Нобелевской премии. Странно, правда, что он, считаясь математиком, подумывал о премии, которую математикам не присваивают. Но и в этом был весь Березовский: он полагал, видимо, что для него сделают исключение…

Березовский был околонаучным организатором, «сгустком энергии и суеты», «гением взаимопомощи», душой болевшим за свой коллектив и отдававшим ему массу времени. В трудные андроповские времена он прикрывал от репрессий администрации своих свободолюбивых сотрудников, стремившихся на работу прийти попозже, а сбежать пораньше, выпрыгнув из туалета на втором этаже института. Что касается его научного кредо, то оно явно оставляло желать лучшего. Когда он в 1988 году приехал читать лекции в США, то ни на один из вопросов слушателей ответить не смог, из чего следовало, что он не вполне понимает, о чем говорит. Бывали и другие, положительные, отзывы об общении с ним зарубежных специалистов, если это не касалось математических тонкостей. В той части книги Авена, которая названа лаконично – «Математик» - содержатся убедительные свидетельства того, что математиком он был довольно-таки заурядным, да он и сам это понимал, судя по его признаниям Хоффману. Статьи и книги писались в спешке, в основном его сотрудниками, быстро осознавшими авантюрный стиль своего руководителя. По мнению Демьяна Кудрявцева, Березовский «был человеком без какой-либо профессиональной культуры» (с. 476).

Две цели – получить Нобелевскую премию и заработать миллиард долларов – для Березовского были эквивалентны: и та, и другая означала поставить перед собой планку на высоте, превышающей собственные возможности.

Жадность и скупость, доверчивость и вероломство

Жадность и скупость часто путают между собой. Жадность – это стремление завладеть чужим, а скупость – нежелание поделиться своим.

Поистине апофеоз жадности можно прочесть в книге «Человек с рублем», выпущенной в 1992 году двумя будущими олигархами – Ходорковским и Невзлиным. В одном из разделов этой книги, имеющем примечательное название «Ура жадности!», ее авторы восхищаются прижившимся в США лозунгом «Жадность – это прекрасно!» Авторы с восторгом об этом пишут:

«Поощряется страсть к деньгам, накопительству, духу соперничества – у кого на счету больше. С нашей, пуританской, точки зрения, пропаганда жадности не очень приветствуется. Отбросим в сторону нравственность, зайдем с другой стороны: именно стремление жить в полном соответствии с этим лозунгом стимулировало взлет экономики, рост общественного и личного богатства. От лозунга выгода, он себя полностью окупил, значит, по мнению деловой Америки, он полностью себя оправдал, следовательно, он морален. Лично мы считаем авторов лозунга «Жадность – это прекрасно!» настоящими Бизнесменами… И мы тоже за жадность, приводящую к процветанию».

С будущими олигархами, приверженцами культа жадности, познакомился я в декабре 1990 года, став акционером банка «Менатеп». Чтобы записаться в акционеры, предстояло отстоять на морозе огромную очередь к зданию, на фасаде которого на ветру трепетал огромный плакат со словами «МЕНАТЕП – ВАША СОБСТВЕННОСТЬ». Агрессивная реклама «Менатепа» сработала, и народ повалил сдавать свои кровные деньги поборникам научно-технического прогресса (данный банк был нацелен на «содействие научно-техническому прогрессу»). Прошло всего несколько лет, и рядовые акционеры, такие как я, стали все больше ощущать, что их надувают. Прибыли банка неуклонно росли, а дивиденды все больше падали. Кульминацией стала деноминация акций. В итоге многие из рядовых акционеров на проезд городским транспортом на годовое собрание акционеров стали тратить больше, чем получали в качестве дивидендов за год.

Мне вспоминается одно из таких собраний. Из зала к будущим олигархам сыпались вопросы, в основном такие: «Где ваша совесть?» и «Есть ли у вас совесть?” Ходорковский в ответ талдычил о «трудностях, стоящих перед всем народом». Торопя выступающих, он нетерпеливо постукивал по циферблату часов, давая понять, что время – это деньги. А рядом с микрофонами в зале сидели охранники, которые угрожающе шипели на выступавших. К слову, полнейшее отсутствие совести у Березовского отмечал Владимир Познер (с.656).

Почти десять лет пробыл я в акционерах «Менатепа». Денег, принесенных в «Менатеп», нашей семье хватило бы тогда на неплохую дачу. После проведенных банкирами хитроумных комбинаций, связанных с переводом акций «Менатепа» в акции «Юкоса», будущие олигархи вернули нам в итоге сумму, которой едва хватило на плохонький забор вокруг наших шести соток.

В Березовском же симптомы жадного человека обнаружились довольно рано. В 1988 год он во время чтения упомянутых выше лекций в Нью-Йорке напросился пожить в квартире у нашего соотечественника, математика Виталия Гринберга, чтобы не платить за гостиницу. Перед отъездом он предложил передать какие-то вещи сестре Гринберга, проживавшей в России. Вещи, купленные Гринбергом, сестре он не передал и поступок свой никак не объяснил, после подтвердив лишь, что не отдал-таки. Фарцевал, видимо, по привычке…

Петр Авен вопрос о жадности Березовского задавал своим собеседникам не раз. И ответы получал совершенно противоположные. Да и сам он диагноз в жадности, видимо, не смог поставить. И это при том, что Березовский его, как и других, надувал не раз, занимая деньги и явно не желая затем возвращать. Приходилось свои кровные затем «выбивать» с большим трудом. К примеру, долг 5 миллионов долларов Петр Авен получить у него смог лишь через три года, и то лишь с помощью Бадри и Фридмана (с. 697). Впечатление о том, что Березовский проявлял жадность, нейтрализовалось его способностью выглядеть очень широким человеком, особенно в глазах творческой интеллигенции. Березовский был способен на щедрые поступки, после которых мысль о его скупости или жадности в голову бы не пришла. Бесспорно, многих покоряло такое его признание: «Я не люблю подарки, я люблю их делать» (с. 689).

Примечательно, что деньги, взятые в долг, Березовский еще с молодости никогда не отдавал без многократных напоминаний. Эта жадность причудливо перемежалась в нем с «полосами доброты и порядочности», причем с годами эти полосы скукожились в «мелкие вкрапления», - довольно точный диагноз, данный ему бывшим его другом Богуславским, который, как и многие другие, не избежал его предательства. Парадоксально, но факт: Бадри Патаркацишвили, которому Березовский верил безгранично, перевел за его спиной на себя все активы их общего бизнеса. Об этом Березовский узнал, когда в 2008 году Бадри не стало. Его вдова отказалась вернуть половину активов, цинично заявив, что «дружба по наследству не передается».

В 2000-е годы жадность к большим деньгам и стремление к власти привели к тому, что, по мнению Авена, Березовский уже стал «человеком абсолютно без всякой морали», и приведенные в книге примеры однозначно это подтверждают.

Культ купли-продажи неизбежно приводил Березовского к вероломству. «В какой-то момент, - вспоминает Кудрявцев, - с Березовским стало невозможно разговаривать, потому что льдины откалывались, и ты был на них».

Модель обогащения по Березовскому

Березовский на личном обаянии и взаимной выгоде создал обойму нужных ему людей, которых можно было бы посадить на любое предприятие либо договориться со старым руководством, приватизировав затем финансовые потоки. При этом он был непревзойденным мастером личных отношений. Соблазняя нужных ему чиновников недоступными для них благами (пребывание на яхтах, поездки в его замки за границу, лечение у лучших врачей и т.п.), он сторицей компенсировал затем свои издержки полученной при этом выгодой. Бесспорный свой артистизм он использовал для создания впечатления своего огромного авторитета и стоящей за ним мощной силы.

Поверив в собственное могущество, Березовский позволял себе вызывать «на ковер» и отчитывать чиновников высокого ранга, вплоть до министра. Обеспечив в связке с другими крупнейшими бизнесменами успех Бориса Ельцина на выборах, он считал себя вправе рассчитывать на благодарность власти, вплоть до особого его права на управление страной.

О том, куда вели Россию Березовский и его единомышленники, красноречиво свидетельствует один факт, приведенный в интервью Леонида Богуславского (с. 151). В конце 1990-х годов Березовский ему заявил следующее:

 Знаешь, мы уже всем управляем, всё контролируем. И сейчас мы будем властью, и надо будет что-то решать с государственными активами, которых очень много. Мы создали команду… Это будет аппарат, который будет нам готовить постановления, мы их будем подписывать. Мы бы хотели, чтобы все это ты возглавил.

При этом Березовский предложил Богуславскому возглавить администрацию правительства. Встреча Богуславского с человеком этой «команды», молодым парнем из Красноярска, уговаривавшим согласиться с предложением Березовского, всё прояснила. «Мы Россию будем на члене крутить», - примерно так убежденно заявил этот парень, не привыкший к эвфемизмам.

Вкус к занятиям политикой пробудился в Березовском после покушения на него в июне 1994 года. По убеждению Марка Шеймана (Магомеда Исмаилова), покушение это организовал сам Березовский, так же из политических соображений, дабы создать «взрыв эмоций». Выглядит эта версия прямо-таки чудовищно…

Это было время, когда Березовский при помощи Авена и без него укоренялся в новую российскую элиту. Вскоре он стал в ней «своим, прочно и уверенно укорененным». Об этой новой российской элите, точнее – псевдо-элите, поэт Андрей Дементьев написал так:

Вчерашние клерки пробились во власть,
Дремучие неучи стали элитой.
Теперь не властители дум знамениты,
А те, кто Россию сумел обокрасть.

Вокруг Березовского, как утверждает Юрий Фельштинский, было безумное количество авантюристов, аферистов и подлецов, причем предпочитал он подлецов, поскольку они якобы работают лучше благодаря отсутствию у них моральных проблем. Следует, однако, отметить, что в окружающей его псевдо-элите он всё же выделял творческую интеллигенцию, которая для него была «одной из священных коров» (с. 493). Существенно, что ему не была свойственна ненависть к интеллекту, и история его сближения с Сергеем Доренко убедительно это иллюстрирует.

Можно полностью согласиться с выводом Авена о том, что Березовский во многом стал олицетворением коррупции, особенно коррупции в верхних эшелонах власти, одним из архитекторов системы слияния власти и бизнеса. Идеология Березовского по существу опиралась на «коррумпированность дружбой». По мнению Михаила Фридмана, «Березовский держался на аморальности общества в целом. На том, что никакие нормы не являются незыблемыми, всё является вопросом переговоров».

А. Чубайс в своем интервью приводит пример, характеризующий Березовского как игрока, которого интересовала не столько конечная цель, а сам процесс. Во время выборов Ельцина, когда «всё еще висело на волоске», Березовский от своей политической игры испытывал «кайф», восклицая: «Как классно, вот мы, вся Россия перед нами, и мы всем этим управляем». Трагический финал Березовского Чубайс объяснял тем, что «никакой игры не осталось».

Если бы не отчество…

Бориса Абрамовича Березовского явно тяготило его еврейское происхождение и, как минимум, его отчество, однозначно выдававшее в нем еврея. Человеком он был не вполне грамотным и считал, что Америка управляется десятком еврейских семейств, которые могут для него служить примером. Россия, однако, не Америка, и он вскоре после попадания в постсоветскую деловую элиту стал восприниматься как олицетворение торгашеского еврейского бизнесмена с неизбежными отсюда антисемитскими нападками. Его всё это не очень смущало, судя потому, что он, в основном, сетовал лишь на свое неподходящее для занятия политикой отчество. Авену он несколько раз в жизни говорил, что если бы не его отчество, то он президентом бы стал.

Михаил Фридман в своем интервью сделал довольно меткий и объективный анализ еврейского самосознания Березовского, отметив его гибкость и парадоксальность. Чисто еврейское качество Березовского проявлялось в его непредубежденности, а также способности бросить вызов и бороться с любыми догмами. Сидящий в подсознании еврейский догматизм его явно стеснял в части применения недозволенных методов достижения цели. Поэтому он и потянулся к христианской религии, крестившись в 1994 году. Это упрощало для него процесс совершения грехов с последующим их искуплением. По части же методов искупления он был мастак.

Как вспоминал Сергей Доренко, Березовский любил шутить на еврейские темы. И когда Доренко как-то обратился к нему за деньгами, он ему ответил так: «Сереж, деньги, деньги – мы что, евреи с тобой?» Видимо, крещеный русский еврей Березовский стал считать себя просто русским, забыв про еще одну шуточку насчет «крестика и трусов».

Демьян Кудрявцев считал Березовского «абсолютным иудеем», путавшим иудаизм с православием. У него, по мнению Авена, отсутствовало «очень еврейское ощущение» себя в качестве звена в цепи. С этим согласился Кудрявцев, считавший Березовского в некотором смысле несчастным человеком, хотя и не умевшего быть несчастным…

Религиозные метания Березовского напоминают судьбу жившего в 17 веке голландского философа Уриэля Акосты, предшественника философа Баруха Спинозы. Безуспешные попытки найти свое место среди современной ему религиозной элиты привели Акосту к суициду.

Довольно точный диагноз Березовскому поставил публицист Станислав Белковский: маниакально-депрессивный психоз. Березовский считал себя, безусловно, достойным президентского поста (с. 486). Рассуждения на тему о том, что человек его формата и облика не тянет на это место, его «не впечатляли».

Ломая стереотипы

Березовский никак не мог обходиться без женщин, и демонстрировал это прилюдно. В рамках устоявшейся морали ему явно было тесно. Он, женатый человек, ввел за правило возить с собой, даже на протокольные совещания, молоденьких девушек. Необходимости в них не было никакой, но как эта беззастенчивость многих восхищала! При этом он, как подметил Сергей Доренко, под «вещи вполне порочные» умело подводил «интеллектуальную базу» (с. 746).

Березовский отличался, по его мнению, от других мужчин. Он утверждал, что нормальный мужчина влюбляется раз в семь-десять лет, особо активный – раз в четыре года, а он – каждый год-полтора. Не до женщин ему было разве что один раз: когда был взорван его автомобиль. Тогда он, обожженный и окровавленный, попросил присутствующих убрать с его глаз обеих женщин – законную жену и очередную (гражданскую) жену, которые ссорились рядом с ним, осыпая одна другую оскорблениями.

Березовский был влюбчивым и нетерпеливым. Когда летом 2009 года по его просьбе для белорусского президента через модельное агентство нашли 21-летнюю красавицу (с. 675), то он сам в нее влюбился (ему тогда было уже 63). Вскоре он подарил ей квартиру и одарил бриллиантами и деньгами. На женщин он не скупился...

Потрясает рассказанная Юрием Шефлером история о том, как Березовский уговаривал его в 1995 году организовать убийство главного редактора газеты «Известия» Игоря Голембиовского из-за того, что газета эта пестрела обличительными статьями в его адрес. Голембиовскому тогда всячески угрожали, и он, как пишет Авен, активно искал защиту. Конфликт этот тогда Шефлер уладил, и Березовский с Голембиовским даже подружились, создав совместно другую газету – «Новые Известия». Можно допустить, что в иных, не описанных в книге, случаях, угрозы завершались их исполнением. Таковы были устоявшиеся стереотипы «бандитского капитализма» в России. Березовский в нем ощущал себя, как рыба в воде.

Чем не Парвус?

Первая встреча Березовского с Владимиром Путиным произошла в Санкт-Петербурге, когда усилиями Авена было организовано общение губернатора американского штата Дэвиса Уолтерса с мэром Анатолием Собчаком. Встреча была важной, речь шла о возможных американских инвестициях в нефтяную отрасль. Березовский уселся на этой встрече отнюдь не по протоколу, а во время доклада Собчака и вовсе уснул, чем привел Путина буквально в ярость. После встречи он, прощаясь, не подал руки ни Авену, ни Березовскому и просил ему больше не звонить, а Березовскому так вообще пообещал через Авена «ноги переломать», если тот снова появится в северной столице. Со временем гнев пропал. Более того, Путин как-то у него даже был гостем на дне рождения и речь держал (с. 699). Занятно, что когда Березовский вовсю в состоянии эйфории распространялся о том, что это он привел «своего президента» (Путина) к власти и готовился «управлять страной» (с. 587), Бадри Патаркацишвили прогнозировал более реалистичный результат, сказав о Путине: «Он нас будет мочить» (с. 568, 573).

Юрий Лужков, которому крепко досталось от политических игр Березовского, в конце 1990-х годов назвал его «сатаной и дьяволом, которым все злобные силы испытывают Россию». Примерно так современники и потомки оценивают теоретика «перманентной революции» Парвуса (Израиля Лазаревича Гельфанда), принимавшего активное участие в подготовке российских революций. Роднит обе эти личности приверженность к политическим играм, личному богатству, тяга к власти и крайний авантюризм. Парвус рассчитывал на то, что Ленин в благодарность за его услуги назначит его министром финансов в своем правительстве. Аналогичных политических дивидендов домогался Березовский. Он, как и Парвус, хотел «изменить Россию». После победы пролетарский революции Ленин категорически отверг «демона революции» Парвуса, обманув его ожидания. Аналогично получилось и с Березовским. Когда на одной из пресс-конференций Путину был задан вопрос насчет Березовского, то Путин, вздохнув, ответил вопросом на вопрос: «Березовский – это кто?». Новый российский президент «отблагодарил» его полнейшим забвением. Впрочем, Березовский нередко и сам прибегал к такому приему – прочно забывать о том, о чем помнить ему не хотелось или было неприятно…

Потрясающее впечатление производят авантюрные истории, свидетельствующие о парадоксальном сочетании в Березовском предприимчивости и наивности. Уверовав в действенность своей схемы «делателя королей», он, к примеру, предлагал Мельниченко, бывшего майора охраны Леонида Кучмы, владельца «пленок Кучмы», сделать президентом Украины, подрядив для этого Сергея Доренко. А своего партнера по бизнесу Бадри он вдруг захотел сделать президентом Грузии…

Пропащая сила

Вопрос о том, чего больше принес Березовский России – пользы или вреда – наверняка преждевременный. У каждого из авторов интервью, полученных Петром Авеном, своя субъективная «правда», подчас далекая от истины. Это при всем при том, что принято придерживаться правила: «О покойниках – правду или ничего». Человек может искренне заблуждаться – это также следует иметь в виду, и никакие «голосования» для подведения статистики под набор разных мнений здесь не помогут. К этому следует добавить неизбежные умолчания и сознательные искажения, допущенные действующими лицами книги Авена.

Прибившийся к Березовсакому в качестве биографа историк Фельштинский считал, что «главный плюсик» за то, что тот хорошего сделал для России – это организация ельцинской победы в 1996 году. Авен отмечает, что многие этот «плюсик» ставят под сомнение. Более того, сам Авен счел компанию с подготовкой победы Ельцина «явным манипулированием, которое дало очень плохой пример и заложило во многом основы той системы, которую мы сегодня имеем» (с. 508). С этим трудно не согласиться. Более того, эта компания привела, по мнению Владимира Познера, к тому, что журналистов в России почти не осталось, потому что почти все они превратились в пропагандистов.

По моему глубокому убеждению, люди типа Березовского в его время явили собой пропащую силу, надолго затормозившую из-за сращивания бизнеса с властью развитие России по подлинно демократическому пути.

…В заключение вопрос – а стоило ли Петру Авену элите времен Березовского посвящать 800-страничный текст? Думаю, что стоило наверняка. Книга была написана именно потому, что, по мнению Кудрявцева, Березовский – единственный из его окружения, который на алтарь отстаивания своих политических воззрений «принес свою жизнь, жизнь своих близких и весь капитал, который у него был» (с. 651). С этим согласился автор книги Авен.

Автор рецензии: Григорий Шехтман


Теги: 

Материалы по теме:

Возврат к списку

Комментировать
Защита от автоматических сообщений
CAPTCHA
Введите слово на картинке



Новости литературы


Михаил Веллер призвал к силовой смене власти 31 Июл 2019

Михаил Веллер призвал к силовой смене власти

На Ютюб канале Nevex TV размещено видео, в котором Михаил Веллер, утверждает, что блуждание по улицам городов возмущенных народных масс ни к чему не приведет, и ждать смены власти путем честных выборов бессмысленно. Приводя различные исторические примеры, писатель утверждает, что иного пути для смены власти, кроме физического, нет. 

читать далее...

Мы опубликовали рассказ «Флешмоб» Народа Россеяныча Терпелкина - рассказ, который изменит Россию и весь мир 27 Июл 2019

Мы опубликовали рассказ «Флешмоб» Народа Россеяныча Терпелкина - рассказ, который изменит Россию и весь мир

Мы опубликовали рассказ «Флешмоб» Народа Россеяныча Терпелкина. Это удивительное и гениальное, на побоимся этого слова, произведение нам прислал автор, который уже публиковался у нас на сайте и даже стал лауреатом Премии «Лит-ра на скорую руку» с рассказом «Триумф на выдаче».
Данный же рассказ, по нашему мнению, обязан прочитать, каждый житель России и сделать все именно так, как написано. И тогда, мы уверены, страна наша заживет совсем по другому. Спасибо, Народу Россеянычу Терпелкину, что доверил нам публикацию этого рассказа.

читать далее...

«Деятели искусства и душевные расстройства»: лекция Дмитрия Воденникова в поддержку подопечных ПНИ 9 Июл 2019

«Деятели искусства и душевные расстройства»: лекция Дмитрия Воденникова в поддержку подопечных ПНИ

10 июля в библиотеке им. Достоевского пройдёт лекция поэта и эссеиста Дмитрия Воденникова о художниках с ментальными расстройствами. Событие состоится в рамках акции по сбору книг для подопечных ПНИ, проводимой благотворительным фондом «Образ жизни».

читать далее...

Литературный семинар молодых авторов пройдёт в Центре писателя В. И. Белова в рамках VI всероссийских Беловских чтений 6 Июл 2019

Литературный семинар молодых авторов пройдёт в Центре писателя В. И. Белова в рамках VI всероссийских Беловских чтений

Центр писателя В.И. Белова приглашает поэтов и писателей от 15 до 35 лет принять участие в литературном семинаре молодых авторов в рамках VI Всероссийских Беловских чтений.

читать далее...

Литераторы объединились с популяризаторами науки в проекте «Будущее время» 6 Июл 2019

Литераторы объединились с популяризаторами науки в проекте «Будущее время»

Миссия проекта «Будущее время» – найти смелых авторов-визионеров, которые в своих произведениях способны генерировать смыслы, опережающие время и технологический прогресс. В конкурсе для авторов в жанре научной фантастики литературный критик Анастасия Завозова, писатели-фантасты Сергей и Марина Дьяченко совместно с экспертами из других областей выберут лучших авторов, которые разделят приз в 1 миллион рублей.

читать далее...

Стартовало народное голосование «Большой книги» 6 Июл 2019

Стартовало народное голосование «Большой книги»

Начинается традиционное народное голосование национальной литературной премии «Большая книга». Читателям предстоит оценить произведения, вошедшие в список финалистов, и выбрать победителя.

читать далее...