комиссия-по-конопле.рф
Лит-ра.инфо - новости литературы
Интервью

Лев Рубинштейн: Я думаю, что больше всего в девяностые было сделано именно в области культуры.

Лев Рубинштейн: Я думаю, что больше всего в девяностые было сделано именно в области культуры. 04.05.2016

Поэт Лев Рубинштейн, принявший участие в фестивале «Остров 90-х», рассказал о реваншистах, захвативших телевизор, ошибке культурных деятелей и отличии нашего времени от брежневского застоя.

– Я начну с непростого, как мне кажется, вопроса – с того, на чем журналист Роман Супер заканчивает интервью с вами. Вы говорите: «То, что в стране происходит, – огорчает. Я не могу от этого дистанцироваться сейчас. Потому что к [этому] я ощущаю свою причастность. Все, что сейчас произошло, произошло на моих глазах и, как мне кажется, при моем попустительстве. Мы все, кто пережили август 91-го года, расслабились. И мы допустили». О чем конкретно вы говорите – допустили в девяностых – что?

– Мы действительно расслабились. Многим из нас показалось, что все самое главное уже произошло, что свобода не имеет обратного хода. Нам казалось, что реванш невозможен, что общество ушло слишком далеко вперед, но мы оказались неправы. Получается так, что общество в своей массе пассивно: так есть сейчас, так было и тогда. Большая часть общества живет вообще без убеждений. Все, что сейчас происходит, сделало не общество: общество вообще ничего никогда не делает, всегда все делает какая-то небольшая часть активных людей. И в какой-то момент активными стали не мы, мы стали пассивными, активными стали другие люди.

– Кто?

– Назовем их реваншистами. Они стали на понятийном уровне восстанавливать идеи всего того, что мы всегда называли совком. Сейчас все происходящее и похоже, и не похоже на советские годы, которые я, к сожалению, помню очень хорошо. По общему эмоциональному фону похоже, по фактуре не похоже, потому что мы живем в другой технологической и информационной ситуации. В СССР, кроме самиздата и «Радио Свобода», вообще ничего и не было (правда, кто хотел, все равно информацию получал). Сейчас информация абсолютно доступна – особенно тем, кто хочет ее получить. Но большинство предпочитает сидеть у телевизора, и, видимо, так было и всегда. И вот эти люди (которых мы условно назвали реваншистами) захватили самое сильное информационное пространство – телевидение. Потому что у него, как оказалось, огромные суггестивные возможности, то есть возможности влиять. И они им пользуются абсолютно как захватчики. Я не разбрасываюсь такими словами, но я действительно серьезно считаю, что эти телевизионные акулы – настоящие преступники, потому что они занимаются совращением и развращением. И оказывается, что такое бессовестное вранье эффективно. Очень маленькая часть населения понимает, что это вранье. И вот это – для меня новость.

– Если с философской точки зрения говорить о нынешнем времени, о нынешней «стабильности» как некотором веществе, то какой состав у этого вещества?

– Если говорить на понятийном уровне, – а я ни про политику, ни про экономику говорить не умею, потому что это не моя область, – если говорить на уровне языка, то оно состоит из абсолютного тотального вранья и принципиального отсутствия причинно-следственных, логических связей. То есть нет причинно-следственной связи событий, есть только их последовательность. Такова логика, принятая в первобытных обществах: условно говоря, ветер дует, потому что деревья качаются. И тут так же. Оказывается, что у огромной части населения наличествует именно этот тип логики: они не умеют сопоставлять разные события, не видят связи того, что им становится хуже жить, с тем, за кого они голосуют. Например, допустим, они знают, что есть санкции, в которых виноват Запад, разумеется, но почему эти санкции есть – это никому уже неинтересно, неважно.

– Если логично искать корень этих сформировавшихся особенностей в девяностых, то какие ключи в том времени для понимания сегодняшней обстановки можно откопать?

– Если говорить о главной ошибке девяностых, то стоит говорить о том, что мы упустили. В девяностые годы так называемое образованное сообщество, иначе – культурное сообщество: люди, причастные к медиа, к написанию книжек, к спектаклям и так далее, они все, и я в том числе, конечно, замкнулись друг на друге. И проигнорировали такую важную социальную функцию, как просветительство: никто не говорил с людьми. Говорили в основном друг с другом.

– В этом узком кругу?

– Этот узкий круг тогда, конечно, стремительно расширился. Но, понимаете, я как автор сформировался в условиях советского андеграунда: я привык к тому, что своих читателей я, условно говоря, знал по именам. Когда я что-то напишу, мне интересно не то, сколько человек меня прочитали, а кто меня прочитал. Понимаете, мне важно – кто. И эта психология у меня осталась. Но, видимо, зря. Мы упустили, что масса людей вокруг остались вне нашего влияния, а, видимо, это главное.

– Что важного для понимания некоторых мостиков между тем временем и этим можно извлечь из культуры, из созданного в 90-е искусства, поколению людей, которые в те годы еще пешком под стол ходили?

– Я думаю, что больше всего в девяностые было сделано именно в области культуры. Может быть, я так говорю, потому что сам имею отношение к этому. Политически и социально образовательная сфера в девяностые, в общем, была провальной. По той же самой причине – из-за неумения разговаривать с людьми, которые говорят с тобой не на твоем языке. Что бы вашему поколению усвоить из тех лет? Мы говорили об этом только что – был круглый стол о роли критики, культурной журналистики. В этом плане в 90-е был настоящий подъем, это был опыт абсолютно свободного интеллектуального полета, который после советских лет ощущался очень ярко. Я даже думаю, что тогда в говорении о культуре было больше сделано, чем в самой культуре. Тогда было очень важно говорить об искусстве, потому что талантливый человек, говоривший об искусстве, говорил не только об искусстве, он говорил о жизни вообще. Когда меня начинающие критики спрашивают: какая главная черта человека, который хочет заниматься художественной критикой, я говорю, что мне как читателю интересно не то, что критик думает об этом конкретном спектакле или книге, а то, что он думает о театре вообще и о литературе вообще, и о жизни вообще. И так должно быть в каждом идеальном тексте. И тогда, в девяностые, это было.

– Но это говорение о культуре важно для чего?

– Искусство, строго говоря, ничему не учит. Я принципиально считаю, что воспитательной роли у искусства нет. Единственное, что оно может воспитать, это волю к свободе. А это очень много. Потому что искусство – оно не про то, что хорошо, а что плохо, что правильно, а что неправильно, оно про то, что человек рожден свободным и должен таковым быть, и за эту свободу должен, вообще-то говоря, бороться.

– Искусство девяностых воспитало волю к свободе?

– Как видим, далеко не у всех. Опять же я могу сравнить сегодняшнее время с советскими годами в силу поколенческих обстоятельств. Конечно, в этом смысле сейчас, даже сейчас, все намного лучше, чем было, например, в начале восьмидесятых. Тогда мы жили в ощущении полной катастрофы, почти что на кратере вулкана. И мы даже гордились, что способны существовать на краю этой черной дыры. Мне сейчас трудно описать наши ощущения – того, что вокруг нас происходило. Сегодня совершенно другая обстановка, естественно. Например, мы сейчас сидим и открыто об этом говорим, не на кухне, а в публичном пространстве, что тогда было невозможно.

– На днях на презентации своего нового фильма Леонид Парфенов сравнил сегодняшнее время с брежневским застоем. Что вы думаете по поводу этого сравнения?

– Нет, он тоже моложе, он об этом времени знает скорее документально. Сейчас никакой не застой. Застой был именно тогда, когда ничего не менялось десятилетиями. Знаете, какая тогда была любимая игра? Кто-нибудь приносил газету за прошлый или позапрошлый год, зачитывал какую-нибудь из нее заметочку, и всем предлагалось угадать за какой год газета – обычно это не удавалось сделать. Сейчас, слава богу, или – не слава богу, новостей много, понимаете. Одна страшнее другой. В брежневские годы было так: примерно за десять лет между разгромом «Пражской весны» и войной в Афганистане ничего не происходило. Две большие новости, а между ними ничего, только партийные съезды и что-то подобное – то, что моего круга никаким образом не касалось. Мы жили в каком-то совершенно безвоздушном пространстве. А сейчас время бурное, какой уж там застой.

«Хорошее слово «зачем» – никто же не задумывается над этим»

– По поводу вашего «регулярного письма» – текстов, написанных в «карточной» манере. Можно попросить вас о сегодняшнем времени сформулировать такой текст в четырех карточках?

– Нет, не получится. Для меня этот процесс – долгий и сложный, я не умею импровизировать. Что вы, каждая карточка, знаете, несколько дней пишется.

– Почему в середине девяностых вы перестаете писать в этой форме? Если, конечно, исключить всего лишь два текста, которые вы написали в нулевых.

– Сам по себе жанр картотеки перестал быть насущным для меня. Он в каком-то смысле стал декоративным, что меня не устраивало. Появились новые медийные возможности, появился компьютер, интернет. Раньше картотека для многих заменяла компьютер в какой-то мере. Гуманитарные люди в те годы пользовались карточками для разных нужд: учили с их помощью язык, например, кто-то писал диссертации и делал выписки, писал цитаты, библиографические ссылки на карточках. Карточка для гуманитарной интеллигенции была очень понятным и знакомым предметом. И тогда возникли мои картотеки: они были уже не как прикладные, а как сущностные. И, когда я стал осваивать компьютерные технологии….

– В середине девяностых?

– Более-менее, да. Я понял, что картотечная история, так сказать, закончилась. Правда, эта принципиальная фрагментарность, конечно, никуда не делась, это уже моя участь.

– Меня в этой «картотечной» истории удивило следующее – о ней в интервью «Медузе» вы говорите: «У меня с конца 1972-го до середины 1974-го был период экспериментаторства со способом бытования текста. То я писал тексты на винных этикетках, то на спичечных коробках. То мы с моим другом-фотографом гуляли по центру, заходили в глухие дворы, где я на глухой стене писал мелом какое-нибудь странное изречение, а он это фотографировал, и мы с ним делали фотоальбомы». Это ведь самый настоящий стрит-арт!

– Разумеется, только мы тогда не знали этого термина. 

– Вы помните, что и о чем вы писали тогда на стенах?

– Нет, не помню. 

– А почему не сохранилось?

– Многое не сохранилось из того, что я делал. В этом магазине (показывает на «Пиотровский» – прим. ред.) лежит книга моя толстая – «Большая картотека». Там собраны все мои тексты, начиная с 1974-го года. Составитель и редактор этой книги Андрей Курилкин, замечательный человек, он предложил мне это издание, говорит: «Я хочу максимально полное собрание». Я говорю, что полное собрание не получится, потому что многого у меня нет даже дома. И он тогда провел исследовательскую работу – списался или созвонился с разными людьми, у которых сохранились какие-то домашние архивы с моими карточками. Потому что я сочинял много мимолетных текстов, которые дарил кому-нибудь на день рождения, и после – про них немедленно забывал. И в эту книгу вошло нечто такое, про что я уже абсолютно забыл. Я к тому, что многое было потерянно.

– Зачем вам нужно было писать на стене? Чем именно эта форма вам была интересна?

– Это нужно было, для того чтобы поэтический текст не ограничивал сам себя на бумаге. Мы не публиковались, нас не публиковали, значит, надо было поэзию сделать художественным объектом, потому что эти машинописные листочки, которые собираются в папочки и лежат в столе, – ситуация ущербная. Писать на стене – это способ публикации, способ вот такого странного выхода из стола. 

– Чтобы это увидели.

– Даже необязательно. Чтобы я сам это увидел. Кстати, изначально картотека тоже началась со стремления из поэтического текста сделать художественный объект.

– Сегодня вы следите за тем, что делают уличные художники, которые работают в публичном пространстве с текстом?

– Специально нет, но иногда кое-что попадает в поле моего зрения. В основном они все анонимные. Кто это делает – я не знаю. Был такой период, когда на разных заборах, стенах – везде было написано слово «Зачем». Хорошее слово «зачем». Есть такие проклятые русские вопросы: «что делать?» и «кто виноват?», а тут – «зачем?» Отлично, никто же не задумывается над этим.

Источник: www.znak.com


Комментировать

Возврат к списку

Комментировать
Защита от автоматических сообщений
CAPTCHA
Введите слово на картинке

 

Прямая речь

Алексей Сальников, писатель:

...сами определяют мужчин или женщин на роль потенциальных сексуальных партнеров. Все знакомые мне женщины так делают. Источник

Юрий Поляков, писатель:

Мы не смогли создать творческий союз, и на данный момент в России нет писательского сообщества, которое бы оказывало влияние на духовно-информационный процесс. Источник

Короткое чтиво на каждый день

«Дорога в ад, или Путешествие из Хабаровска в Биробиджан» Сергей Скляров

В летнюю субботу на Хабаровском автовокзале не протолкнуться. От касс, словно змеи, тянутся и извиваются очереди желающих уехать подальше от этого места, кто-то от жары, кто-то от дождей, от бешенных цен, от жены, от бандитов, от кредитов, от себя, от этих чертовых очередей. Вот и мне нужен билет до Биробиджана на 303-й автобус.

Народ Россеяныч Терпеливый: «Триумф на выдаче»

Победитель литературной премии «Инородная власть» посвященной увеличению пенсионного возраста и налогового бремени.
Двое мужчин лет за пятьдесят, ухоженных, в дорогих костюмах, ехали в этом лимузине. Один уже начинал лысеть другой еще нет. Оба были слегка на веселе. Что-то у них получилось, кого-то они объегорили, кого-то обманули. Впрочем, сами они относились...

Литература в картинках

Цензура расцвела. С содроганием ожидаем ягодки Посмотреть полный размер

Цензура расцвела. С содроганием ожидаем ягодки

Путин подписал законы о наказании за неуважение к власти и фейковые новости. По этому поводу аккаунт yoshkinkrot осмелился вспомнить классику благо за это пока не штрафуют.
Третья литературная премия «Лит-ра на скорую руку»

Любопытное из мира литературы

ЕГЭ по русскому языку: чья ошибка?

ЕГЭ по русскому языку: чья ошибка?

Министерство просвещения часто делает заявления о необходимости уходить от натаскивания на ЕГЭ, менять его процедуру, в обществе звучат громкие возгласы о необходимости отмены ЕГЭ… Однако параллельно всё новые и новые оценивающие процедуры (всер...

Сколько книг России нужно?

Сколько книг России нужно?

Книжный рынок в России в целом остается стабильным. Хотя общий тираж изданных книг в сравнении с 2017 годом сократился на 8, 3%, количество наименований осталось практически тем же: 116, 9 тыс. в 2018-м против 117, 4 тыс. в 2017-м. Издатели такж...

Какие литературные пророчества великого фантаста и «отца стимпанка» Жюля Верна сбылись за 150 лет

Какие литературные пророчества великого фантаста и «отца стимпанка» Жюля Верна сбылись за 150 лет

Научной фантастикой обычно называют истории, в которых описывают, какие технологии могут существовать в будущем, и что они будут означать для людей того времени. Хотя термин «научная фантастика» не использовался до 1930-х годов, как жанр он нача...

Евгений Замятин. Я, «Мы» и остальные действующие лица

Евгений Замятин. Я, «Мы» и остальные действующие лица

У музы этого писателя было два крыла: одно от Икара, второе от самолёта. Хотя в основной профессии инженера он проектировал ледоколы! Сказочник, джентльмен, алхимик, бунтарь, первооткрыватель антиутопической русской фантастики и строгий хранител...

Литература в цифрах

1915 год

Год, когда Владимир Маяковский вошел в семью Бриков. Источник

50 - 70 рублей

Цена брудершафта с Венедиктом Ерофеевым. Источник

1920-е

годы, когда Фадеева, сравнивали со Львом Толстым. Источник

Колонка Лидии Сычёвой

Лидия Сычёва

Лидия Сычёва – прозаик, публицист, главный редактор интернет-журнала «МОЛОКО» и сайта «Славянство – Форум славянских культур», лауреат международных и всероссийских литературных премий.

Колонка Юлии Зайцевой

Юлия Зайцева

Юлия Зайцева - продюсер писателя Алексея Иванова, директор Продюсерского центра «Июль»

Колонка Сергея Оробия

Сергей Оробий

Сергей Оробий - критик, литературовед. Кандидат филологических наук, доцент Благовещенского государственного педагогического университета. Печатается в бумажных и электронных литературных журналах.

Колонка Сергея Морозова

Сергей Морозов

Сергей Морозов - литературный критик.

Мнения В. Румянцева

Валерий Румянцев

Лирические и юмористические стихи, басни, литературные пародии, сказки, статьи; реалистические, сатирические и фантастические рассказы Валерия Румянцева печатались в 180 изданиях РФ и за рубежом. Вышло 12 книг.

Записки старого ворчуна

Старик Лоринков

Ко всем текстам, представленным в данной колонке, приложил руку лично Старик Лоринков. Редакция допускает, что все изложенное в данной колонке, может быть литературным вымыслом. Но может и не быть.

Интервью

Литературные мероприятия

22 марта. Молодёжный поэтический слэм РГБМ: турнир регионов

Первый межрегиональный турнир Молодёжного литературного слэма РГБМ пройдет в рамках Всемирного дня поэзии ЮНЕСКО. В...

Новый проект конкурса юных чтецов «Живая классика» и издательства «Просвещение» по записи аудиокниг для слепых и слабовидящих детей

Презентация проекта в Москве состоится 11 марта в школе № 1 (ул. Мытищинская, 3) в 14.30. Участники Всероссийского конку...

28 февраля. Презентация сборника рассказов о бессмертии

В сборник вошли произведения лауреатов премии «Будущее время». Презентация пройдет в формате публичной дискуссии на тему...

Встречи с писателями

20 марта. Михаил Веллер

Встреча с писателем Михаилом Веллером пройдет в рамках проекта «АРТ-Резиденция».

С 18 по 22 февр. Алексей Сальников

Алексей Сальников автор бестселлера «Петровы в гриппе и вокруг него» приедет в Москву и проведет встречи с читателями.

Книжные новинки

Рецензии на книги

Александр Прокопович, главный редактор издательства «Астрель-СПб» ежемесячно отвечает на вопросы потенциальных писателей

Александр Прокопович, главный редактор издательства «Астрель-СПб» ежемесячно отвечает на вопросы потенциальных писателей. Август - 2018

По моей оценке на всю Россию, есть приблизительно 20 человек, которые непосредственно принимают решение о публикации книг новых авторов.

Александр Прокопович, главный редактор издательства «Астрель-СПб» ежемесячно отвечает на вопросы потенциальных писателей. Июль

Лимит не в авторах – а в бюджете. Это дорогое удовольствие, и эффект начинается от суммы порядка 6 миллионов

Премии, Выставки, Конкурсы

Новости библиотек

20 марта. Михаил Веллер

20 марта. Михаил Веллер

Встреча с писателем Михаилом Веллером пройдет в рамках проекта «АРТ-Резиденция».

Ульяновская областная научная библиотека имени В.И. Ленина запускает Международный конкурс #ПушкинLike: читаем Пушкина на языках народов мира

Ульяновская областная научная библиотека имени В.И. Ленина запускает Международный конкурс #ПушкинLike: читаем Пушкина на языках народов мира

Конкурс приурочен к 220-летию со дня рождения русского поэта Александра Сергеевича Пушкина и призван сплотить ...

20 дек. Круглый стол, посвященный 100-летию Александра Солженицына

20 дек. Круглый стол, посвященный 100-летию Александра Солженицына

Тема дискуссии – «Значение и влияние творческого наследия А.И. Солженицына».

Названа лучшая тактильная книга для детей

Названа лучшая тактильная книга для детей

В Российской государственной детской библиотеке подвели итоги конкурса на лучшую тактильную книгу для детей с ...

Новости издательств

«Общество распространения полезных книг» подготовило репринт книги Уильяма Мак-Говерна о его тайном путешествии в Тибет

«Общество распространения полезных книг» подготовило репринт книги Уильяма Мак-Говерна о его тайном путешествии в Тибет

Книга повествует о том, как замаскировавшийся авантюрист вместе со своим слугой по имени Сатана проникают в закрытую для европейце...

Обзор ключевых новинок, которые выйдут в январе 2019 года в «Редакции Елены Шубиной»

Обзор ключевых новинок, которые выйдут в январе 2019 года в «Редакции Елены Шубиной»

А также планы на февраль 2019 года и воспоминания ноября 2018 года.

Издательство Clever запускает сеть партнерских магазинов

Издательство Clever запускает сеть партнерских магазинов

Специализирующееся на детских книгах издательство Clever планирует к 2022 году открыть 50 магазинов под своим брендом. Половину из...

Видео

Новости книжных магазинов

ЛитРес: С 13 по 20 марта скидка 20% на книги акции «О чём пишут женщины»

ЛитРес: С 13 по 20 марта скидка 20% на книги акции «О чём пишут женщины»

Скидка 20% будет действовать на книги лучших российских писательниц по промокоду wmwritersweek20.

ЛитРес подвел итоги 2018 года: Рекордные продажи аудиокниг, стремительный рост приложений и самиздата

ЛитРес подвел итоги 2018 года: Рекордные продажи аудиокниг, стремительный рост приложений и самиздата

Выручка ГК за год выросла на 48% по сравнению с годом ранее, при этом доходы флагманского сервиса ЛитРес от продаж ...

Wildberries продал книг на миллиард

Wildberries продал книг на миллиард

Один из крупнейших российских онлайн-ритейлеров, Wildberries, ранее специализировавшийся на торговле одежды, за про...

Книжный магазин «Все свободны» ищет новое помещение

Книжный магазин «Все свободны» ищет новое помещение

Питерский магазин «Все свободны» работает на Мойке, 28 только до 15 февраля.

Их литература (18+)
литература настоящих падонков

«Пальцы» автор Катран

У Вити Кныша околела бабка. Жила себе старушка, не бздела, а тут – чпок – и загнула когти: мочевой пузырь по шву лопнул. Бабка рассол от помидоров сильно уважала. Третьего дня банку трехлитровую в один ебальничег морщинистый скушала и поехала на картошку двести километров без остановок. Там, посреди ботвы и колорадских жуков, в ...

далее...

«Я и Путин» автор: Моралес

До Коломенской осталось полминуты,
И народ толпился в стареньком вагоне,
На сидении напротив ехал Путин
В адидасовской толстовке с капюшоном.
Просто так, как будто дворник или слесарь,
Словно менеджер в Хундай-автосалоне,
Вы подумайте, в вагоне Путин ехал!
Тетрисом играл в своем айфоне.
А народ стоял,...

далее...

«Смерть рыжей годзиллы» автор Мзунгу

В 80-тые годы я провел сотни часов у радиоприемника, слушая «Голос Америки» и «Радио Свободы». И чем сильнее их глушили советские спецслужбы, тем крепче становилась моя любовь к Америке.
И вот, наконец, здравствуй Америка - страна сильных, смелых, умных и свободных людей!!!
В аэропорту меня встречала женщина по имени Бренда,...

далее...

Детская литература

Названа лучшая тактильная книга для детей

Названа лучшая тактильная книга для детей

В Российской государственной детской библиотеке подвели итоги конкурса на лучшую тактильную книгу для детей с нарушением зрения и другими ограниченными возможностями здоровья.

Объявлены лауреаты конкурса «Книгуру»

Объявлены лауреаты конкурса «Книгуру»

В 2018 году в конкурсе приняли участие 708 авторов. Для Короткого списка эксперты отобрали 15 произведений, которые были выложены в свободном доступе на сайте конкурса kniguru.info. Кому достались призовые места – решили дети и подростки.

Стали известны темы итогового сочинения 2018-2019 гг

Стали известны темы итогового сочинения 2018-2019 гг

Для каждого субъекта Российской Федерации предусмотрен свой набор тем для итогового сочинения.

Наши партнеры

ОБЩЕСТВЕННО-ЛИТЕРАТУРНЫЙ ЖУРНАЛ - ОСИЯННАЯ РУСЬ
Книжная ярмарка «Ut Liber»
ГИЛМЗ А.С.Пушкина
Государственный
историко-литературный
музей-заповедник
А. С. Пушкина