комиссия-по-конопле.рф
Лит-ра.инфо - новости литературы
Интервью

Алексей Иванов и Юлия Зайцева о «Дебрях», «Тоболе» и отечественной истории

Алексей Иванов и Юлия Зайцева о «Дебрях», «Тоболе» и отечественной истории 09.10.2017

В середине мая в «Редакции Елены Шубиной» вышла новая нон-фикшен книга Алексея Иванова — «Дебри». Он написал ее в соавторстве со своим продюсером Юлией Зайцевой. Книга является документальным «двойником» художественного романа «Тобол», продолжение которого выйдет в этом году.

— Как шла работа над книгой «Дебри»? Было ли у вас разделение обязанностей? 

Алексей Иванов: Меня всегда интересовала история Сибири переломного времени, когда Сибирь переформатировалась из воеводской, средневековой в губернскую, имперскую. Как раз в эпоху Петра в Тобольске сошлось множество интересных людей. Это и местные деятели, например Семен Ремезов, строитель Кремля и картограф, и губернатор князь Гагарин, и крестители-митрополиты, и пленные шведы, и разные ссыльные, и китайцы, и бухарцы, и степняки-джунгары, и язычники-инородцы. Однако я не взялся бы за эту тему сейчас, но мне предложили написать сценарий сериала о Семене Ремезове. От сценария я двинулся к роману. Для него мы с Юлей собрали огромное количество материалов. И как-то раз, систематизируя эти материалы, Юля сказала: «Давай еще сделаем книгу нон-фикшен?» Поскольку мне самому проходить этот путь в третий раз было уже тяжело, я согласился лишь при условии, что Юля будет писать со мной.

Другие интервью Алексея Иванова

— То есть вы оба писали текст?

Юлия Зайцева: Да, мы оба писали текст... Вчера на встрече с читателями задали вопрос: «Почему ваше имя есть только на этой книге, ведь вы участвуете и в других проектах Иванова?» В других проектах Иванова я просто организатор, и мое имя там тоже есть, но внутри книг вместе с именами фотографов, редакторов, художников. А здесь я впервые засветилась на обложке, потому что мне было доверено писать текст. Но это не значит, что мы сидели за одним столом и синхронно ломали головы над каждой фразой. Мы с Алексеем индивидуалисты, поэтому даже над общим предпочитаем работать врозь. Алексей никогда при мне не пишет романы, а я при нем не занимаюсь логистикой наших проектов. Так было и с «Дебрями». Каждый в своем углу работал над определенным списком новелл, а потом мы обменивались сделанным, обсуждали, корректировали друг друга.

Мнение Иванова, конечно, было определяющим. Он — профи и для меня безусловный авторитет. Для книги, кстати, не нужно было работать в архивах, как многие думают. Сибирь хорошо изучена, информации — горы, в основном она даже оцифрована и доступна в сети. Но все это узкоспециальные тексты по отдельным темам, проблемам, личностям. А вот одной книги о том, как была устроена Сибирь в эпоху ее освоения, до «Дебрей» не было.

Помню, как меня поразили рабочие материалы, собранные Ивановым для романа «Тобол». Ведь я, как и многие, раньше считала, что Сибирь — это снега и полумертвая тундра. А оказалось, что это котел народов, цивилизаций, культур. Здесь оголтелые русские, сбежавшие на вольные земли подальше от государева ока, искали золото в могильных курганах древних скифов, били зверя в тайге, язычники-инородцы в одеждах из рыбьей чешуи мазали кровью губы своих деревянных идолов, бухарцы в разноцветных халатах торговали на рынках арбузами и халвой, неистовые в своей вере раскольники целыми деревнями шили саваны и сжигали себя в церквях, пленные шведы устраивали школы и тайные винокурни, самородки-зодчие рисовали карты и строили церкви по московскому образцу.... И много-много других документальных сюжетов, из которых складывается сумасшедшая по драматизму и выразительности картинка.

— Правильно ли я понимаю, что композиция «Дебрей» в первую очередь опирается на хронологию?

Купить книги Алексея Иванова, а также читать его книги БЕСПЛАТНО, можно на сайте Litres

А. И.: Не совсем. «Дебри» мы писали по темам: пушнина, инородцы, шаманизм, таможни, воеводы, служилые люди, бухарцы, церковь, посольства, караваны — и так далее. Темы распределены более-менее по хронологии, поэтому история землепроходца Хабарова присутствует раньше истории землепроходца Атласова. Но некоторые темы относятся к долгим периодам: например, раскольники — это вторая половина XVII века и первая четверть XVIII, поэтому тема раскольников поставлена приблизительно. Однако внутри каждой темы хронология, разумеется, соблюдена. В общем, «Дебри» — не летопись Сибири, а книга о том, как была устроена воеводская Сибирь и как она превращалась в губернскую.

— Не кажется ли вам, что книга нуждается в иллюстративном материале, например в географических картах, чтобы читатели могли отслеживать перемещения Дежнева, Хабарова и других героев?

А. И.: Не согласен. Расстояния в Сибири гигантские, поэтому карты на книжной странице получатся очень мелкие, неудобочитаемые. Но мы же люди компьютерной эпохи: залезли в интернет и посмотрели карту, меняя на мониторе масштаб, как удобно.

Ю. З.: Я согласна, что документальные книги Иванова лучше читать с картами. Когда я читала «Вилы», карта лежала у меня перед глазами. Я отслеживала по ней передвижения пугачевских войск и только так могла оценить размеры бунта, имеющего гигантскую географию. Такое чтение стало настоящим приключением. Но для этого нужна была карта всей России, фрагментарные вставки в книге редуцируют масштаб и не дают увидеть картину целиком. Карту лучше купить один раз отдельно в том же книжном и читать над ней все документальные книги.

— Вы проехали по тем городам и тем маршрутам, о которых рассказываете? Много ли фотографий, сделанных во время этой экспедиции, попали на страницы «Дебрей»?

А. И.: Мы проехали по всем этим местам просто для того, чтобы посмотреть музеи, увидеть ландшафты и памятники. Кое-где мы вообще бывали зимой, когда фотографировать неудобно — все засыпано снегом. Но потом, в подходящее время года, мы отправили на объекты профессиональных фотографов, своих или местных. Этой работой уже занималась Юля как продюсер проекта и директор «Июля».

Ю.З.: Иногда мы покупали готовые фотографии. В поездках я и сама много фотографирую. Но главное для нас — это не сделать снимок, а почувствовать пространство и атмосферу. Иванов всегда работает по принципу: «Смотри, что пишешь».

— Вы регулярно подчеркиваете, что вы не историк. В случае с «Дебрями» вы тоже выступаете не как историк или все же что-то изменилось?

А. И.: Нет, никоим образом не изменилось. Историк — это специалист, который работает с документами, архивами, археологическими находками. А я пользуюсь работами историков — их открытиями и выводами уже в готовом виде. Дело в том, что каждый историк занимается своей темой, а я свожу все эти темы в единый комплекс, в ансамбль. Я предъявляю Сибирь уже в синтезе, который порожден множеством взаимосвязей отдельных явлений. Например, один историк пишет о пушном промысле, второй — о городе Туруханске, третий — о святом Василии Мангазейском, а я соединяю эти темы и объясняю, почему мощи отрока Василия в Туруханске стали главной святыней добытчиков пушнины. Так что моя работа — это работа культуролога. Само же изложение должно быть красочным, зримым, не наукообразным, и это задача писателя.

— В книге вы говорите о фарте, о том, что для русских «фарт был сильнее страха», он «привлекал толпы людей», города «были растревожены надеждой на фарт». Во-первых, почему вы выбрали именно это слово, а не более распространенные «везение», «риск», «счастье», «удача»? Можно ли сказать, что для сибирского жителя до XVIII века стремление к фарту было определяющей чертой характера?

А. И.: «Фарт» — специфическое слово добытчиков природных богатств: пушнины, золота или самоцветов. Фарт — это удача именно в промысле. Когда описываешь специфическую профессиональную деятельность, вполне уместно пользоваться лексикой из этой сферы жизни. Никого же не удивляет, что про рулевого на корабле говорят, что он крутит штурвал, а не руль. А вообще фарт в Сибири играл огромную роль, поскольку фундаментальное свойство Сибири — предприимчивость. Чем более ты предприимчив, тем выше твои шансы на фарт. А где фарт — там богатство или хотя бы слава.

Ю. З.: Это слово действительно было ключевым для Сибири. Представьте гигантское неизвестное пространство при отсутствии современных технологий для исследования. Где-то в книге мы сравниваем Сибирь с подземельем, набитым сокровищами, куда войти разрешили, а свечку не дали. Вот и шарили, не зная, что под руку подвернется: ржавый гвоздь или серебряное блюдо. Здесь уж как подфартит… Тогда ведь было много научных экспедиций, например большая экспедиция Годунова, которая должна была отыскать серебро и золото в сибирских недрах. Огромные силы были стянуты, тысячные отряды посланы со всех губерний…

А. И.: Но фарта не было.

Ю. З.: Первые пробы показали, что есть серебро, есть золото, но, когда начали строить завода для добычи в промышленных масштабах,  фарт куда-то пропал.

— Но потом ведь все равно нашли поблизости — в Кыштыме и в Каслях?

А. И.: Особенно — близ города Миасс. Там была открыта Золотая Долина — самое богатое месторождение золота в мире. И началась золотая лихорадка. Вирусом, который ее возбуждал, был все тот же фарт.

— Нет ли у русских читателей какой-то практически неестественной любви к историческим романам?

А. И.: Я много думал об этом, но так и не решил, здоровая или нездоровая любовь у российского читателя к историческим романам. Знать свое прошлое всегда полезно, однако историю надо изучать не по романам, а по работам историков. Главный инструмент историка — факт, а главный инструмент писателя — образ, и порой для драматургической выразительности писателю приходится отойти от факта, но, разумеется, так, чтобы не исказился его смысл.

Ю. З.: Три года назад мы встречались с одним крупным издателем, и он говорил о том, что сейчас во всем мире такая тенденция. Большие исторические романы необыкновенно популяры. Нас это удивило, потому что на первый взгляд кажется, что аудитория современной городской прозы должна быть шире.

А. И.: Может быть, причина в том, что в исторических романах читатель ищет какую-то правду о жизни, которой не находит в современных романах. Реалистическая проза о современности — дама капризная. Зачастую писатель пишет такой роман не для читателя, а для самовыражения или для премии. Да с реализмом сейчас вообще проблемы. Реалистический роман о современности практически невозможен, так как по культурному статусу он сравнялся с постом в соцсети. Современный читатель не воспринимает роман на современном материале как развернутую метафору современности. Для нынешнего читателя роман о дне сегодняшнем — просто частный случай из жизни, вроде происшествия с приятелем. Сверхзадача романа как культурного формата не считывается, воспринимается лишь голый нарратив. Поэтому писатели, желающие говорить о современности, вынуждены делать это через некий искажающий фильтр: через канон жанра, во многом банальный, через причудливую призму постмодерна — или через историю, хотя это неправильно.

— Почему вы пишете романы о современности? Есть ли какой-то алгоритм, согласно которому вы сейчас пишете исторический роман, а после —​​​​​​​ современный?

А. И.: Потому что мне интересна не только история, но и современность. Я живу сейчас, а не позавчера. Но нет единого принципа, которому я следовал бы, выбирая, что написать. Каждый случай индивидуальный. Например, желание написать «Тобол» было порождено моим интересом к западному постмодерну. Что из себя представляет постмодерн? По сути, это синтез всего. «Тобол» — эдакий исторический постмодерн. В Тобольске в петровскую эпоху сошлись совершенно разные фактуры, порою даже такие, которые вообще не могли сойтись, например шведы и китайцы. И эту фактуру я делаю интерактивной в игровом ключе. В классическом советском изводе исторического романа персонажи — либо реальные лица, которые демонстрируют свои исторические свершения, либо вымышленные герои, которые персонифицируют свою социальную среду. А я каждому персонажу «Тобола» дал свое частное дело, для каждого придумал свою интригу — в этом и заключается игровой характер.

— Стоит ли в «Тоболе» искать отсылки к современности?

А. И.: Разве что отсылки, потому что многие проблемы России как были при Петре, так и остались доныне. Я считаю, что нельзя использовать исторический роман как иносказание о современности. Времена не повторяются, эпохи не накладываются друг на друга. Исторический роман становится по-настоящему историческим лишь тогда, когда его герои мотивированы историческим процессом. Поэтому, например, «Три мушкетера» — приключенческий роман, а не исторический, поскольку мушкетеры мотивированы дружбой, честью, любовью, а не войной католиков с гугенотами. А историческая мотивация в каждую эпоху своя. Вечны эмоции, вечны поиски истины, вечна корысть или месть, но не исторические мотивации. Петр I решал не те же задачи, что Иван Грозный, а Сталин — не те же, что Петр I.

— Не было ли таких аналогий: раньше в Сибири добывали пушнину, отправляли в Москву, Москва ее продавала и за счет этого жила – а теперь ту же роль играют нефть и газ, которые тоже добывают в основном в Сибири?

А. И.: Конечно, такие аналогии были. Сибирь всегда была сырьевым регионом. Но между пушниной и нефтью есть большая разница. Старинная Русь не жила за счет продажи пушнины, она сама себя вполне обеспечивала и кормила. Другое дело, что в России до середины XVIII века не было ни одного месторождения золота, а экономика не может существовать без него — должен ведь быть какой-то универсальный эквивалент стоимости. Единственным способом получить золото была продажа чего-нибудь за рубеж. А что могла Россия продавать? Хлеб? Европа сама была аграрной. Лес? В Европе леса тогда еще не вырубили. Россия могла продавать только пушнину, и пушнина была единственным источником золота. То есть Сибирь не кормила Россию, а обеспечивала устойчивость ее экономики. И народу царь ничего не платил за труд. А нефть наша власть продает в том числе, чтобы выплачивать регионам и населению свои долги. Без пушнины царь бы не обанкротился, а современная власть без нефти и газа почувствовала бы себя неуютно.

— Нет ли у вас ощущения, что «Дебри» получились весьма дидактической книгой? Например, в главе про Угличский колокол несколько раз повторяется мысль о том, что он был единственный ссыльный, который добрался до родины…

Ю. З.: Не знаю, в чем здесь дидактизм? То, что ссылка — это плохо, всем и так понятно. Мне нравится сама история с Угличским колоколом, потому что для современного сознания она абсолютно сюрреалистична. Колокол судят, наказывают, отправляют в ссылку, клеймят, а через 300 лет реабилитируют и торжественно возвращают на родину. Почему все так носятся с неодушевленным предметом, который единственный реально не пострадал? Наверное, потому, что людям нужны примеры и символы, а еще нужна надежда, что справедливость обязательно когда-нибудь восторжествует. И, если короткой человеческой жизни для этого торжества не хватает, придумывают железного страстотерпца, который за всех будет отмщен и прощен.

А. И.: Если говорить о некотором дидактизме, я думаю, что возраст и опыт уже позволяют нам быть дидактичными. Мы очень много узнали о своем предмете, мы много о нем думали, а потому вполне уместно преподнести свои оценки и выводы в готовом виде. Нам незачем стыдливо прятать свою компетенцию: дескать, мы изложим факты, а уж вы решайте сами. Сейчас считается, что быть императивным не модно, но это мнение — фальшак: у кого есть убеждения, тот их и предъявляет.

— Сроки выхода «Тобола» уже несколько раз переносили. Когда выйдет вторая часть?

А. И.: Надеемся в конце этого года представить второй том на ярмарке Non/fiction.

— По «Дебрям» можно догадаться, что будет во второй части «Тобола»?

А. И.: Можно, можно. Конечно, «Дебри» — это спойлер второй части «Тобола».

Источник: prochtenie.ru


Комментировать

Возврат к списку

Комментировать
Защита от автоматических сообщений
CAPTCHA
Введите слово на картинке

 

Короткое чтиво на каждый день

«Звёздочка» Владимир Пимонов

На первый взгляд, она эгоистка, собственница. "Моя ложка" (с чуднЫм углублением. вилку категорически отрицает), "мой нож" (самый маленький, с заостренным носиком - им удобно картошку чистить), "моя кружка" (синего цвета, пластиковая, ручка отломана), "моя миска" (небольшая, с темно-зеленым стандартным узором)....

читать далее...

«Двое в одном» Антон Чехов

Не верьте этим иудам, хамелеонам! В наше время легче потерять веру, чем старую перчатку, - и я потерял!
Был вечер. Я ехал на конке. Мне, как лицу высокопоставленному, не подобает ездить на конке, но на этот раз я был в большой шубе и мог спрятаться в куний воротник. Да и дешевле, знаете... Несмотря на позднее...

читать далее...

Международный конкурс юных чтецов

Литература в картинках

Третья литературная премия «Лит-ра на скорую руку»

Любопытное из мира литературы

Как Владимир Соловьев переписал мою книгу и выдал за свою, или, Как книжные издательства губят нашу литературу

Как Владимир Соловьев переписал мою книгу и выдал за свою, или, Как книжные издательства губят нашу литературу

О манипуляциях известного телеведущего и крупнейшего издательства страны с книгой Федоры Яшиной «Богоубийцы, или, Колдуй баба сказал дед доставая пистолет», и как подобные манипуляции сказываются на Литературе в целом. Материал публикуется без купюр.

Правительство собирается нас ебать, но мы от этого будем крепчать ;)

Правительство собирается нас ебать, но мы от этого будем крепчать ;)

Правительство России может увеличить НДС на книги с 10% до 18%. Утверждают, что премьер-министр Дмитрий Медведев говорил об этом на совещании с тремя российскими министерствами.

Президент издательства «Просвещение» Владимир Узун: Бумажные книги будут существовать еще долго

Президент издательства «Просвещение» Владимир Узун: Бумажные книги будут существовать еще долго

Электронные учебники в ближайшем будущем не вытеснят бумажные, эти форматы будут еще долго вместе существовать, так как решают разные задачи, считает президент.

Как устроен книжный рынок России

Как устроен книжный рынок России

Сложившийся книжный рынок России можно оценить в 60 млрд рублей без учета учебников. Учебники сознательно не включают в выборку, так как этот сегмент нельзя назвать рыночным на 100%. Указанная сумма – это все деньги всего книжного рынка России от производителей бумаги и типографий до авторов, издателей и книжных магазинов. В валютном ...

Литература в цифрах

5 лет

Срок по истечении которого, по планам господина Новикова, «Эксмо-АСТ» должно войти топ-10 европейских издательств. Источник

20

Количество книг, которое прочитывает ежемесячно литературный критик Сергей Морозов. В авральные периоды вдвое больше. Источник

Прямая речь

Юрий Буйда, писатель:

Литература – занятие адское. Можно ли к нему относиться спустя рукава? Можно. Источник

Елена Соковенина, главный редактор издательства «Эдвенчер Пресс»:

Если у издательства есть любовь к определённому жанру и оно не выпускает всё подряд, то найти свою аудиторию ему намного проще Источник

Мнение В. Румянцева

Валерий Румянцев

Уровень общественной мысли журнала «Новый мир»

«Новый мир» позиционирует себя не только как литературный журнал, но и как журнал «общественной мысли». Да, были  времена, когда это издание славилось высоким  уровнем общественной мысли и в публицистике, и в художественных текстах. А как же сегодня в «Новом мире» обсто...

Кандидаты в классики или?..

В последнюю  четверть века существенно изменилось «лицо» русской литературы, оно подурнело.  Отчасти это произошло под влиянием «постмодернизма», пришедшего к нам с Запада.  Многие наши литераторы в своём творчестве решили «догонять» Европу, хотя пик...

Колонка Юлии Зайцевой

Юлия Зайцева

Голый расчёт

Почти на каждой встрече с читателями Алексея Иванова спрашивают, можно ли прожить на писательские гонорары в России. Вопрос больной, особенно для начинающих авторов. Коммерческие расклады книжного рынка для большинства авторов – terra incognita. Предлагаю краткий путеводител...

Французский книжный социализм

В марте с писателем Ивановым съездили на Парижский книжный салон. Россию в этот раз выбрали почетным гостем. Ее стенд был огромен и многолюден. Институт перевода блестяще справился с задачей главного организатора. Но речь здесь пойдет не о русских изданиях.

Колонка Сергея Оробия

Сергей Оробий

Бедные люди с топорами

В конце мая уместно вспомнить самую громкую пиар-акцию русской литературы под кодовым названием «Новый Гоголь явился!». Обстоятельства одних «фантастических суток» 1845 года хорошо известны: Достоевский прочитал Григоровичу роман, слушатель был «восхищен донельзя», тем же вечером...

Закопать Жанетту

Алексей Цветков выложил в открытый доступ новую книгу стихов. Ну, так все сейчас делают, и небезуспешно: за день, как признался автор, разошелся стандартный тираж поэтического сборника, «бумажной публикацией такого эффекта не добиться». Дело в другом. Книга называется «вместо пос...

Интервью

Литературные мероприятия

23 и 27 мая 2018 года в лектории павильона «Рабочий и колхозница» пройдут лекции цикла «125 лет с Маяковским»

Лекции посвящены судьбе, мифам, творчеству и типологии произведений прославленного поэта.   

Вторая издательская школа Франкфуртской книжной ярмарки и Музея современного искусства «Гараж»

Будут обсуждаться вопросы: как работает книжный дизайн и влияет ли дизайн на продажи книг — и если да, то как?

19 мая. Встреча из цикла «Как рождается слово: Встречи с переводчиками»

Гость — Вера Аркадьевна Мильчина, историк литературы, переводчик с французского, комментатор, ведущий научный сотрудник Института ...

Встречи с писателями

28 мая. Андрей Геласимов и Алексей Варламов

Встреча в рамках лектория «Fabula rasa». Тема: литературные премии – двигатель издательского процесса?

21-26 мая. Гузель Яхина в Москве

Гезель встретится с читателями в книжных магазинах и библиотеке

Книжные новинки

Новости книжных магазинов

Лучшие книги апреля по версии Литрес

Лучшие книги апреля по версии Литрес

Сообщается, что эти новинки апреля завоевали наибольшую популярность. В рейтинге представлены электронные книги, аудиокниги, Литрес: самиздат, Литрес: чтец.

Ridero представило мобильное приложение

Ridero представило мобильное приложение

Мобильное приложение работает как магазин – читатели смогут найти и купить электронную книгу прямо в телефоне.

Лабиринт.ру ищет маркетолога

Лабиринт.ру ищет маркетолога

Дорогие книголюбы, мы ищем в свою команду профессионального и увлеченного менеджера отдела маркетинга. Может быть, это вы?

Премии, Выставки, Конкурсы

Новости библиотек

Словари модных слов и языка интернета появятся в московских библиотеках

Словари модных слов и языка интернета появятся в московских библиотеках

«Словарь новейших иностранных слов», «Словарь поэтический иносказаний Пушкина», «Слитно? Раздельно? Через дефис?», «Этно...

В Москве завершили уничтожение Библиотеки украинской литературы

В Москве завершили уничтожение Библиотеки украинской литературы

Де-факто заведение прекратило работу еще год назад и оставалась только вывеска. Часть фондов была отправлена в Библиотеку иностранной...

Новости издательств

«Просвещение» выиграло у «Эксмо-Аст» 3,7 млрд рублей

«Просвещение» выиграло у «Эксмо-Аст» 3,7 млрд рублей

Приятная новость! «Просвещение» подало иск к «Вентана-граф»  (входит в группу «Эксмо-АСТ») в начале января 2018 года,...

Ridero представило мобильное приложение

Ridero представило мобильное приложение

Мобильное приложение работает как магазин – читатели смогут найти и купить электронную книгу прямо в телефоне.

Журнал «Носорог» запускает одноименное издательство

Журнал «Носорог» запускает одноименное издательство

Сообщается, что издательство будет специализироваться на русской и переводной прозе, как современной, так и той, которая уже ...

Видео

Александр Прокопович, главный редактор издательства «Астрель-СПб» ежемесячно отвечает на вопросы потенциальных писателей

Рецензии на книги

Рецензия на книгу «Время свинга» Зэди Смит

Рецензия на книгу «Время свинга» Зэди Смит

Да, это мощный и современный во всех отношениях роман. Все ищут героя. А героя нет. Потому что он сейчас не главное (а может и никогда им не был). Потому что мышление героями – ложь по отношению к современному моменту (да и самообман к тому же), вчерашний ден...

Рецензия на книгу «Театр семейных действий» Галины Климовой

Рецензия на книгу «Театр семейных действий» Галины Климовой

Эта книга вечное художество; и оно - не только о семье; сверхзадача этой книги гораздо шире. Книга - о жизни и смерти. Это почетные вечные темы; насущнее хлеба и насущнее неба (простите мне эту сверхклассическую рифму...) нет ничего на белом свете.

Рецензия на книгу «Дорогая, я дома» Дмитрия Петровского

Рецензия на книгу «Дорогая, я дома» Дмитрия Петровского

До знакомства с рукописью романа «Дорогая, я дома» мне вообще не приходилось слышать об её авторе Дмитрии Петровском (кстати, был такой поэт-футурист, его полный тёзка, но это к слову). Тем интереснее неожиданно находить в лонглисте такие жемчужины. Как вы уже...

Рецензия на книгу «Номах» Игоря Малышева

Рецензия на книгу «Номах» Игоря Малышева

Назвать этот роман историческим не поворачивается язык. Перед нами метаистория – по Даниилу Андрееву – первичная плазма бытия, бесконечное сегодня, не позволяющее сознанию вырваться из текущего потока и возвыситься над ним, дабы обрести осмысление и ясность.

Детская литература

ЕГЭ-2018: Разработчики КИМ об экзамене по литературе

ЕГЭ-2018: Разработчики КИМ об экзамене по литературе

Минимальный балл по данному предмету, ниже которого вузы не могут устанавливать проходной порог для абитуриентов, составляет 32 тестовых балла. Экзаменационная работа по литературе состоит и...

Запрещенная сказка Чуковского выложена в Сеть

Запрещенная сказка Чуковского выложена в Сеть

Малоизвестная сказка «Одолеем Бармалея!» представлена в фонде Президентской библиотеки.

Альпина Паблишер запустила редакцию «Альпина.Дети»

Альпина Паблишер запустила редакцию «Альпина.Дети»

Сообщается, что цель издательства - создавать книги, которые пробуждают любопытство, помогают найти свое призвание и просто позволят проводить больше времени вместе с ребенком.&nbs...

Их литература (18+)
литература настоящих падонков

«Клуб бывших самоубийц» автор: mobilshark

Меня зовут Сыч. Я – никто, такова особенность моего внутреннего «я». Эти встающие раком буквы – бунт на карачках против себя самого. Звучит абсурдно, поскольку у меня есть только сознание своего «я», но самого «я» нет, его лицо стерто. Мое сознание необитаемо. Обрамляющие меня обстоятельства – бесформенная зыбучая явь, но я хочу выбраться из этой мути в гущу событий. Как говорит доктор Мыс, мне надо кончить на бумагу горьким соусом истинной правды, чтобы найти в нем каплю самоуважения. далее...

«Я и Путин» автор: Моралес

До Коломенской осталось полминуты,
И народ толпился в стареньком вагоне,
На сидении напротив ехал Путин
В адидасовской толстовке с капюшоном.
Просто так, как будто дворник или слесарь,
Словно менеджер в Хундай-автосалоне,
Вы подумайте, в вагоне Путин ехал!
Тетрисом играл в своем айфоне.
А народ стоял, не замечая,
Рядом два таджика что-то ели,
Черными еблищами качая
В такт колесам, едущим в туннеле.

далее...

Доска объявлений

Условия публикации здесь

Продам коллекционные книги, выпущенные малым тиражом

Есть данные, что книги из этого тиража были подарены И. И. Сечиным В.В. Путину и некоторым другим высокопоставленным лицам. далее...

Внимание! Литературный конкурс!

Продолжается приём произведений на литературный конкурс - объявлен в первом номере журнала «Клио и Ко»! - на тему революций 1917 года в России, гражданской войны и военной интервенции. далее...

В проект «Полка» на фултайм нужен младший редактор

У нас команда во главе с Юрием Сапрыкиным, дизайн «Чармера», офис в самом центре Москвы, достойная зарплата. далее...

Колонка Сергея Морозова

Записки Старого Ворчуна

Топ сочинителей на российском политическом Олимпе

Сегодня поговорим о графоманах в органах законодательной, исполнительной, и судебной властей РФ. Нет, четвертой власти внимания мы не уделим, там и так все ясно. Займемся литераторами-чиновниками.

Подборка самых эпичных драк современных русских литераторов

Литература умирает. Кино и компьютерные игры загнали писателей в подвалы и канавы, откуда несчастные с шипением вампиров встречают Солнце нового мира. Алкоголь, плохое питание, падающие тиражи – все провоцирует постоянный стресс. Выход один – хорошая драка! Но Золотой век русской культуры миновал.  Литераторы не только пишут значительно хуже предшественников, но и дерутся на пивных стаканах, а не дуэльных пистолетах, как раньше. Писатель на пенсии, Старик Лоринков, вспоминает самые эпичные драки современной русской литературы.

Наши партнеры

ОБЩЕСТВЕННО-ЛИТЕРАТУРНЫЙ ЖУРНАЛ - ОСИЯННАЯ РУСЬ
Книжная ярмарка «Ut Liber»
ГИЛМЗ А.С.Пушкина
Государственный
историко-литературный
музей-заповедник
А. С. Пушкина
Международный конкурс юных чтецов