комиссия-по-конопле.рф
Лит-ра.инфо - новости литературы
Любопытное

Как писатели и критики стали самыми влиятельными людьми в России и при чем здесь реформы Александра II

13.11.2018

В конце 1869 года Федор Михайлович Достоевский прочел в газетах о громком уголовном преступлении: 22-летний нигилист и революционер Сергей Нечаев из-за политических разногласий убил своего товарища. Благодаря этой новости окончательно сложился замысел романа «Бесы».

Романы Достоевского и до этого были связаны с газетной хроникой. Но немного иначе. В январе 1866 года, когда первые главы «Преступления и наказания» только увидели свет на страницах журнала «Русский вестник», вся Москва была потрясена жестоким убийством ростовщика Попова и его служанки студентом Даниловым. На протяжении года новые порции романа появлялись параллельно с подробностями расследования этого дела, и все газеты поражались знаменательному совпадению. Все, кроме самого романиста. Достоевский с гордостью писал поэту Аполлону Майкову по поводу совпадения романа и жизни:

«Ихним реализмом — сотой доли реальных, действительно случившихся фактов не объяснишь. А мы нашим идеализмом пророчили даже факты».

Вдумаемся в саму ситуацию: большой писатель предвосхищает реальные новости из газетной хроники, а потом черпает из нее вдохновение для новых романов. Круг замыкается. Интересен в этой ситуации даже не пророческий дар Достоевского. Важнее другое. В этой ситуации сходится воедино сразу несколько ключевых явлений, которые очень точно характеризуют особенности литературной и общественной жизни России: торжество идеи реформ (в нашем случае — появление гласных судов), торжество ежедневной газеты и торжество романа.

Три феномена — три ключевые сферы тогдашней жизни. Кажется, что они никак не связаны между собой. Но на самом деле между ними есть глубинная связь, которая помогает нам лучше понять эпоху.

Начнем с реформ. Бурное развитие литературы и общественной жизни было бы невозможно, если бы Александр II, прозванный Освободителем, не запустил долгожданные реформы в конце 1850-х годов. Уничтожение военных поселений, отмена крепостного права, введение гласного состязательного суда, реформа учебных заведений, военная и земская реформы — все эти Великие реформы означали модернизацию России. Таким понятием современные историки называют процесс, когда в стране начали складываться все привычные нам, живущим в XXI веке, институты гражданского общества, пусть и в зачаточном виде. К ним относятся политические институты (земства), образовательные, экономические институты (банки, акционерные общества, товарищества), общественные организации (трудовые ассоциации, профессиональные общества), наконец, интересующий нас институт литературы и сопутствующие ему критика, журналистика и книгоиздание. Развитие этих институтов сопровождалось внедрением самых современных технологий — от телеграфа и железных дорог до использования печатных бланков в делопроизводстве.

Конечно, во время Великих реформ жизнь не улучшалась в одночасье. Речь идет об очень медленных, но подчас системных изменениях на протяжении десятилетий. Но если реальная жизнь менялась медленно, то представления людей могли меняться очень быстро, буквально за несколько лет. Открыв газеты той эпохи, легко заметить, с каким энтузиазмом публицисты стали писать о предстоящих реформах уже в конце 1850-х годов.

Стремительно менялась и литература. Еще с конца XVIII века она приобрела в России статус центра, средоточия культурной жизни. Однако участвовать в ней в первой трети XIX века могло лишь около 5% населения империи, поскольку остальная часть, в основном крестьянская, была попросту неграмотной. Число грамотных и образованных читателей постепенно росло, в том числе благодаря политике Министерства народного просвещения. Оно не только вводило цензуру, запрещая писателям открыто говорить то, что они думали, но и учреждало новые школы для самых разных слоев населения. Интенсивное развитие системы образования началось еще при Николае I и было продолжено Александром в 1860–70-е годы. Именно в это время сложилась многоуровневая система начальных, средних и высших учебных заведений, очень похожая на современную. Но и в 1860-е годы число грамотных и читающих людей было на самом деле невелико. По подсчетам литературоведа Абрама Рейтблата, в 1860-е годы грамотных было лишь около 8% населения России.

Великие реформы изменили эти цифры, но далеко не сразу. Лишь к 1880–90-м стали ощутимы позитивные результаты освобождения крестьян, открытия огромного числа училищ, школ и библиотек, книжного просвещения, переселения крестьян в города, роста числа предприятий. По переписи 1897 года уже 17,4% крестьян были грамотны, не говоря уже об остальных социальных группах, например заводских рабочих. Возникла новая, гораздо более широкая читательская аудитория. По подсчетам Рейтблата, за 1885–1900 годы общий суммарный тираж книг, изданных на русском языке, вырос втрое и достиг 56,3 миллиона экземпляров в 1901 году. Для огромной армии новых читателей потребовались новые книги, новые типы журналов и газет, новые технологии. Наконец, новые идеи: интеллигенция должна была придумать, как наладить связь между существующим книгоизданием и потребностями народа. Вплоть до революции 1917 года эта проблема была для тех, кто занимался просвещением, одной из самых насущных. Она отразилась в крылатых строчках поэмы Некрасова «Кому на Руси жить хорошо»:

Эх! эх! Придет ли времечко…
Когда мужик не Блюхера
И не милорда глупого  —
Белинского и Гоголя
С базара понесет?

С резким ростом читательской аудитории во второй половине XIX века стремительно изменялись и старые, давно сложившиеся формы бытования литературы — кружки, журналы, критика.

Литературная жизнь при Пушкине была сосредоточена в литературных салонах и кружках — в богатых столичных домах, в тесных гостиных единомышленников. Если в 1830-е годы быть профессиональным литератором, то есть зарабатывать на жизнь только литературным трудом, считалось зазорным и было редкостью, то в середине века литератор воспринимается как вполне законная и уважаемая профессия среди других, а авторитет некоторых авторов — Тургенева, Гончарова или Белинского — стал чрезвычайно высоким.

Теперь литературная жизнь кипит не только и не столько в кружках и салонах, сколько в публичном пространстве, на виду у всей читающей России — на страницах журналов и на собраниях Литературного фонда — первой организации, в 1859 году объединившей многих литераторов. Цель фонда была проста — помогать материально нуждающимся коллегам. Участники платили взносы в копилку, из которой бедствующим выплачивались пособия. Взаимопомощь и цеховая солидарность — именно эти признаки позволяют говорить о том, что литераторы осознали себя как значительное профессиональное сообщество. Именно поэтому ученые утверждают, что к 1860-м годам русская литература достигла высокой степени независимости (автономии) от политической сферы и сделалась самостоятельным институтом со своими внутренними законами и серьезным влиянием на правительство.

Литературный журнал был второй площадкой, на которой литература существовала в России еще со времен Екатерины II. Но именно в 1840–60-е годы журнал становится толстым. В буквальном смысле это значило большое количество страниц (иногда до 600–700 в томе). В переносном же журнал соединял под одной обложкой очень разные «отделы» — словесность, критику, науку, библиографию, известия, объявления и, конечно, моды. Журналы читали тогда все, кто интересовался культурой и считал себя образованным человеком. И читали чаще, чем книги, потому что книги достать было сложнее, особенно в отдаленных губерниях. На журнал же можно было подписаться, получать его весь год и быть в курсе новинок во всех значимых областях. Тиражи самых популярных журналов 1840–60-х годов — «Библиотеки для чтения», «Отечественных записок» и «Современника» — достигали к 1860 году шести-семи тысяч экземпляров.

Эпоха Великих реформ стала золотой эрой русского толстого журнала, особенно конец 1850-х — начало 1860-х годов. В это время правительство ослабило цензурные правила, разрешив издавать новые журналы (ранее это было запрещено) и отменив предварительную цензуру, так что их число и разнообразие достигло огромных размеров. Так, в конце 1850-х годов каждый год открывалось по 10–15 новых журналов. Тогда же в России впервые появились первые развлекательно-сатирические иллюстрированные еженедельники «Искра» и «Гудок». Такой тип издания к концу века побьет все рекорды популярности, достигнув астрономических тиражей в 100–120 тысяч экземпляров. Аудитория расслаивалась все больше и больше: кто-то хотел читать более серьезные издания, другие — развлекательные. И спрос, и предложение расширялись.

Многие читатели подписывались на журнал только для того, чтобы читать критические статьи. В ситуации, когда в России не было конституции, парламента и свободы слова, статья в журнале часто была единственным местом, где можно было донести свое мнение через цензуру до максимального числа образованных людей. Именно поэтому журнальная критика играла в то время колоссальную роль. Но и это возникло не сразу. Критики-профессионалы появились лишь в 1830-е годы. Первым критиком в России, который кормил себя и семью лишь журналистикой, был Виссарион Белинский. Начав карьеру в московских изданиях 1830-х годов, он переехал в Петербург, где начал писать для журнала «Отечественные записки», и с 1840-го года укрепился в статусе самого читаемого критика России. Его читали все: и его многочисленные противники, спорившие с ним о литературе и политике; и поклонники, которые росли на его статьях о Пушкине, Гоголе, Лермонтове. Белинский читал почти всю литературную продукцию, выходившую тогда в стране. Благо ее было еще не настолько много.

Культурная роль Белинского заключалась в том, что он первый системно описал всю русскую литературу — от Кантемира до Гоголя и Достоевского — как единое целое, проникнутое идеей национальной самобытности. Если в начале карьеры Белинский еще не считал русскую литературу «взрослой» и равной европейским, то в 1847 году он уже уверенно говорил о том, что цель эта достигнута, а Пушкин, Лермонтов и Гоголь — писатели европейского масштаба. Белинский первым начал жестко ранжировать писателей и назначать их «главой литературы». С тех пор русская критика только этим и занималась. Аполлон Григорьев, Иван Аксаков, Николай Чернышевский, Николай Добролюбов, Николай Страхов и многие другие — все они не просто осмысляли, каково прошлое и настоящее русской литературы, но и то, с именем какого писателя связано ее будущее. Сценарии развития конфликтовали, вражда критиков не прекращалась. Григорьев, например, считал главным писателем Александра Островского; Аксаков — своего отца Сергея Тимофеевича Аксакова. Благодаря тому что критик выступал как будто руководителем, организатором литературы, в глазах читающей публики он приобретал роль пророка, демиурга, властителя дум. Сами писатели, скажем Достоевский, все время оспаривали такую роль и пытались отстоять свое право решать, куда им двигаться.

К 1861 году литературная система в России настолько разрослась и окрепла, что ни один критик уже не мог уследить за многообразием произведений во всех журналах. Не могло идти и речи о том, что все критики самых разных партий согласны в том, что кто-то один, например Тургенев, является «главой литературы». Николай Чернышевский, например, выдвинул на эту роль уже покойного на тот момент Добролюбова — не писателя, а критика. В воображении и критиков, и писателей, и читателей существовали очень разные сценарии будущего.

К середине 1860-х годов стало ясно, что толстый журнал долго не удержится на гребне волны и во главе литературы. Его стали теснить новые, более мобильные формы изданий — газеты.

Газеты, конечно, читались в России и раньше: с 1825 года главным «таблоидом» страны была «Северная пчела» — частная газета литераторов Фаддея Булгарина и Николая Греча, издававшаяся под присмотром правительства. Читались и другие, официальные ежедневные издания — «Санкт-Петербургские ведомости», «Московские ведомости». Однако только во второй половине XIX века газеты потеснили журналы и разнообразием, и влиянием. Их культурная и политическая роль стала недосягаемой для журналов. Тиражи самой популярной газеты «Новое время» достигали в 1870-е годы 25 тысяч экземпляров (для сравнения: у «Северной пчелы» было лишь 10 тысяч).

С 1860 по 1900 год суммарный разовый тираж литературных газет подскочил с 65 тысяч до колоссальной цифры — 900 тысяч экземпляров. Конечно, это произошло из-за резкого расширения читательской аудитории. Но не только.

Дело в том, что благодаря техническому прогрессу и идее модернизации в 1860-е годы возникает современное нам представление о газете, о важности ежедневного ее просмотра для работы, бизнеса, политики, личной жизни, наконец, творчества (вспомним Достоевского). Люди планируют свои дела исходя из газет. Но и это не все. Исследования историка Бенедикта Андерсона показали, что чтение газет, в которых благодаря телеграфу буквально на следующий день печатались важные новости, изменило само сознание людей, их представления о мире. Своя страна теперь воспринималась как единое пространство, в разных уголках которого такие же читатели, как и я, каждое утро открывают газету и читают одни и те же колонки. Эта общность вела к усилению переживаний людьми своей принадлежности к единому сообществу — нации.

Газеты влияли и на язык людей. Из них читатели узнавали, как принято говорить о явлениях политики, культуры, жизни; узнавали о коронациях, спектаклях, награждениях; о том, кто выехал за границу или вернулся с курорта; наконец, о том, где купить лучшие средства для укрепления волос или гробы. Стоит сравнить газеты, скажем, 1852 и 1862 года, как вы почувствуете разницу в том, как подаются и описываются общественные и политические события. Коротко говоря, если первые еще пишут архаичным литературным языком, то стиль газетчиков начала 1860-х приближается к современному нам: они вовсю используют такие понятия, как «общество», «гласность», «реформа», «гражданственность», «либералы», «эмансипация».

Такую же, если не бо́льшую роль в формировании нового восприятия своей страны и своего народа сыграл и роман. Во второй половине века они, как правило, публиковались в журналах (а подчас и в газетах — например, роман-фельетон Алексея Суворина «Всякие» в газете «Санкт-Петербургские ведомости», 1866 год). Недаром для Достоевского газета и роман — это две тесно связанные вещи, не существующие друг без друга. В 1870-е годы он даже специально будет вести авторскую колонку в еженедельнике князя Мещерского «Гражданин». Этот «Дневник писателя» сделает Федора Михайловича одним из самых читаемых публицистов и романистов эпохи, получающего большое по тем временам число писем от читателей.

Если сравнить русские романы начала 1850-х и середины 1860-х годов, бросится в глаза, насколько современной нам становится не только изображаемая в романах физическая реальность, но и язык и стиль. Если говорить о реальности, то в сюжет романа все чаще органично вплетаются самые последние технологические открытия — железные дороги, телеграф, фотография, рефлексы головного мозга, клетки крови.

Вот лишь один, но очень показательный пример. В 1865 году начинающий писатель Николай Лесков опубликовал свой второй роман «Обойденные». Сейчас он скорее забыт, но в нем ярко отразилось новое ви́дение пространства, технологий и эмоций. Роман Лескова не просто изобилует упоминаниями железных дорог, но само действие разворачивается динамичнее благодаря тому, что герои быстро перемещаются из Петербурга в Крым и в Европу по открытой в 1851 году линии между Петербургом и Москвой, а в 1862-м — между Петербургом и Варшавой.

Поезда теперь связаны не только со скоростью и новыми возможностями, но и со смертью. В финале «Обойденных» главный герой Нестор Долинский отправляет из Ниццы металлический гроб с телом своей возлюбленной Доры в Питер по железной дороге. А один из героев романа, католический пастор Зайончек, даже носит фуляровый платок  с картой-сеткой европейских железных дорог.

Железную дорогу в русской литературе прославили, конечно, не роман Лескова, а «Железная дорога» Некрасова, «Идиот» Достоевского и «Анна Каренина» Толстого. Во всех текстах она ассоциируется с темой смерти. У Некрасова на строительстве дороги гибнут крестьяне; у Достоевского в первых строчках романа поезд мчит князя Мышкина в Петербург по Варшавской железной дороге и сталкивает с соперником Рогожиным; а у Толстого Анна бросается под поезд.

Обратим внимание и на то, что почти в каждом из романов, будь то «Отцы и дети» Тургенева, «Анна Каренина» Толстого или «Обрыв» Гончарова, символы прогресса напоминали читателю не только о модернизации, но об отсталости — крепостном праве, крестьянской общине, патриархальности крестьян. Разумеется, эпизодические (а иногда и ключевые, как у Толстого) роли крестьян в романах — напоминание о том тектоническом социально-культурном сдвиге, какой пережила русская деревня в 1860-е годы в результате модернизации. Сомнения в успехе и неудовлетворенность реформой выливались в неоднозначное отношение к крестьянам. С одной стороны, они предстают в литературе как носители лучших качеств русского человека. С другой — как темная, страшная сила: ночной кошмар Анны Карениной или фантастические призраки-мертвецы у Некрасова.

Не менее двойственным был в литературе и образ интеллигента — того, кто выступал носителем идеи прогресса и радикального переустройства России. В большом числе произведений, например в утопическом романе Чернышевского «Что делать?», эти «новые люди» представлены как «соль земли». Они переустраивают личную жизнь на новых, разумных основаниях, отвергая старые нормы морали и брака. Революция в семье должна была привести к революции в обществе. Столь радикальная программа встретила отпор в целой серии романов, прозванных «антинигилистическими». Им отдали дань и Достоевский в «Бесах», и Лесков в «Некуда», и Гончаров в «Обрыве». Идеи революционеров, нигилистов и социалистов посрамляются здесь самим сюжетом и самой жизнью.

Теперь от того, что изображал роман, перейдем к тому, как он это делал. Писатели начинают более натуралистично и достоверно изображать человеческие чувства и аффекты. Романы Лескова, Достоевского, Толстого предложили читателю совершенно новые способы изображения человеческой психики и тела, лишь отчасти подготовленные предшествующей литературой. Так, Достоевский и Толстой еще в ранних произведениях экспериментируют с техникой того, что позже назовут потоком сознания — воспроизведением мельчайших мыслей и ощущений в какой-либо промежуток времени. Считается, что впервые в европейской литературе элементы потока сознания появились в повести Достоевского «Двойник» (1846): здесь автор дотошно фиксирует полубредовое состояние господина Голядкина, столкнувшегося со своим двойником.

Толстой в раннем наброске «История вчерашнего дня» (1851) делает попытку последовательно зарегистрировать на бумаге не только все ощущения за один день, но и сны. Толстой открывает, что логика сна не линейна и не поддается рациональному объяснению. Более того, сновидение сгущает и причудливо видоизменяет наши впечатления, поэтому после пробуждения мы не можем объяснить, почему мы видели себя в таких странных обстоятельствах. Так устроены сны в «Войне и мире» и в «Анне Карениной». Толстоведы не без основания полагают, что в этой технике Толстой вплотную подошел к тому, что спустя 30 лет будет писать Зигмунд Фрейд в книге «Толкование сновидений».

Но, даже если это не так, Толстой и Достоевский научились изображать подсознание человека так убедительно, что повлияли на развитие европейского и американского романа XX века. В 1919 году писательница Вирджиния Вулф в эссе «Современная литература» призовет британцев учиться у русских прозаиков, как нужно изображать текучесть человеческого сознания. Литературоведы не без основания видят в ее романе «Миссис Дэллоуэй» влияние «Анны Карениной». Настолько схожа композиция — линии жизни двух центральных персонажей, миссис Дэллоуэй и Септимуса, идут параллельно и только однажды пересекаются. Мы узнаем об их желаниях совершить самоубийство из потока сознания. Так же было с Анной и Лёвиным.

Достоевский, очевидно, был прав, когда говорил Майкову о том, что он своим «идеализмом» многое в жизни предсказывает лучше, чем реалисты. Это не значит, что его романы, как и романы других, не могут называться реалистическими. Каким термином их ни именуй, в них воплощены противоречия русской жизни и человеческого сознания второй половины XIX века — времени, когда Россия входила в зону «современности», пытаясь преодолеть отсталость от Европы.

В области романа это удалось. Литературные формы, разработанные Тургеневым, Достоевским и Толстым, получили всемирное признание, а их книги до сих пор входят в списки «100 лучших романов всех времен».

Источник: arzamas.academy


Комментировать

Возврат к списку

Комментировать
Защита от автоматических сообщений
CAPTCHA
Введите слово на картинке

 

Прямая речь

Лев Оборин, поэт и литературный критик:

фактический монополизм объединившихся АСТ и «Эксмо»: несмотря на то что там работают настоящие профессионалы, ситуация, когда очень большой процент книжного рынка держит фактически один издательский дом, не слишком полезна. Источник

Олег Радзинский, писатель

Поймите: я был не очень умный, тщеславный, литературный мальчик, который хотел быть писателем, потому что ничего другого в нашей семье не ценилось. Источник

Победители премии «Инородная власть»

Премия посвящена увеличению пенсионного возраста и налогового бремени

Сергей Скляров: «Долбанем»

Победитель литературной премии «Инородная власть» посвященной увеличению пенсионного возраста и налогового бремени в номинации «Лучшее произведение по мнению читателей»...

Народ Россеяныч Терпеливый: «Триумф на выдаче»

Победитель литературной премии «Инородная власть» посвященной увеличению пенсионного возраста и налогового бремени.
Двое мужчин лет за пятьдесят, ухоженных, в дорогих ...

Татков Олег: «Спецкомандировка»

Победитель литературной премии «Инородная власть» посвященной увеличению пенсионного возраста и налогового бремени в номинации «Лучшее произведение по мнению правозащитного...

Литература в картинках

Мизантропка и одиночка Посмотреть полный размер

Мизантропка и одиночка

Британские ученые выяснили: чрезмерное чтение приводит к одиночеству и росту мизантропии. Девушки будьте осторожны. Вы нам нужны ;). Автор коллажа Петруха. Авторы рисунков: Лаура Каллагхан и Helene Jorna
Третья литературная премия «Лит-ра на скорую руку»

Любопытное из мира литературы

Читать? А зачем?

Читать? А зачем?

У Довлатова есть такая история, как кто-то, отчаявшись, что ребенок не читает, воскликнул: «ну как можно жить, не читая «Преступление и наказание»!» — получил мгновенный ответ от художника и остроумца Вагрича Бахчаняна: «Можно. Вот Пушкин не читал Достоевского...

Как писатели и критики стали самыми влиятельными людьми в России и при чем здесь реформы Александра II

Как писатели и критики стали самыми влиятельными людьми в России и при чем здесь реформы Александра II

В конце 1869 года Федор Михайлович Достоевский прочел в газетах о громком уголовном преступлении: 22-летний нигилист и революционер Сергей Нечаев из-за политических разногласий убил своего товарища. Благодаря этой новости окончательно сложился замысел романа «...

8 запретных фраз о детском чтении

8 запретных фраз о детском чтении

Что вы говорите своим детям, когда видите их с книгой в руках? Или, наоборот, не можете заставить сесть за чтение? Юлия Кузнецова, автор книги «Расчитайка», поделилась своей коллекцией родительских фраз, которые, по ее мнению, только мешают ребенку полюбить чи...

Как стать писателем: рассказывает Маргарет Этвуд

Как стать писателем: рассказывает Маргарет Этвуд

Выдержки из эссе канадской писательницы Маргарет Этвуд «Выбор профессии: „Кем ты себя воображаешь?“» в переводе Екатерины Скрылевой

Литература в цифрах

7–10 процентов

Ежегодный рост книжного рынка, который ожидает Олег Новиков, президент издательской группы «Эксмо-АСТ».Источник

8-14 лет

Возраст детей, которые были напуганы до усрачки Тимом Карри  Источник

50 - 70 рублей

Цена брудершафта с Венедиктом Ерофеевым. Источник

Колонка Лидии Сычёвой

Лидия Сычёва

К родине склоняясь головою

Национальный писатель стоит в центре бед своего народа и говорит его голосом. Народ и государство – не одно и то же. Государство (система власти, «машина для подавления») и начальство (правящий класс) – не одно и то же. Национальные писатели будут всегда, поку...

О художественности

Гомер не знал интернета, Пушкин понятия не имел о мобильной связи, но «техническая отсталость» не помешала им создать величайшие художественные произведения.

Колонка Юлии Зайцевой

Юлия Зайцева

Алексей Иванов закончил новый роман

Название – «ПИЩЕБЛОК». Это страшно серьезный текст про пионеров-вампиров, опасную и загадочную группировку, затаившуюся в пионерлагере жарким летом Олимпиады-80. Иванов запаковал ужастик в коробку реализма.

Ипотека и литературные премии

В конце весны - начале лета главные литературные премии подводят итоги или объявляют шорт-листы - и в СМИ появляется множество публикаций на тему. Журналисты, прежде всего, озвучивают размер гонорара очередного победителя. И главный вопрос, который они задают, как он соби...

Колонка Сергея Оробия

Сергей Оробий

Литература и сгущёнка

«Пища духовная», «литературный фастфуд», «лавбургер (с кровью)», «проглотил книгу за пару часов»… Всё это, конечно, страшная пошлятина. Людей, которые говорят «вкусная деталь», нужно сечь розгами. Однако прав писатель, сравнивший мир с супермаркетом. Современное литературное поле уж точно ...

Поедатели шляп

Рассказывая учителям о современной литературе, замечаю такую особенность: после лекции подходят слушатели, задают вопросы, благодарят и – переходят вдруг на доверительный полушёпот: – Скажите, вот есть такая книжка писателя NN, я проглотил(а) за ночь, оторваться не мог(ла)… а она правда

Интервью

Литературные мероприятия

18 нояб. Вечер «Русская Италия в звучащей литературе»

Выступает Павел Крючков, сотрудник Государственного музея истории российской литературы им. В.И. Даля, заместитель главн...

Книжный магазин вне времени и пространства

30 ноября, издательство Ad Marginem организует на ярмарке non/fiction20 дискуссию «Книжный магазин вне времени и простра...

Встречи с писателями

15-19 нояб. Алекей Иванов в Москве

Известный писатель и сценарист Алексей Иванов приезжает в Москву с 15 по 19 ноября. Визит приурочен к премьере сериала «Ненастье»&...

15 нояб. Алексей Иванов

Режиссёр Сергей Урсуляк прочитает отрывки из романа «Ненастье» Алексея Иванова и обсудит с его автором ненастные 90-е в кино и в л...

14 нояб. Дмитрий Глуховский

Тема встречи: «Литература: между механикой и магией».

Книжные новинки

Александр Прокопович, главный редактор издательства «Астрель-СПб» ежемесячно отвечает на вопросы потенциальных писателей

Премии, Выставки, Конкурсы

Новости библиотек

Открыто народное голосование Третьего фестиваля буктрейлеров «Чтение вдохновляет!»

Открыто народное голосование Третьего фестиваля буктрейлеров «Чтение вдохновляет!»

Профессиональное жюри уже приступило к оценке поступивших на конкурс работ. Но обладателя приза зрительских си...

Российская государственная детская библиотека стала участником проекта «ЛитРес: библиотека»

Российская государственная детская библиотека стала участником проекта «ЛитРес: библиотека»

В рамках проекта компания ЛитРес предоставляет читателям РГДБ бесплатный доступ к электронным издани...

8 нояб. Петр Алешковский

8 нояб. Петр Алешковский

РГБМ проводит цикл встреч с авторами книг, вошедших в короткий список «Премии Читателя-2018».

10 ноября 2018 года Российская государственная библиотека открывает для посещения уникальные коллекции, расположенные в Химкинском комплексе РГБ

10 ноября 2018 года Российская государственная библиотека открывает для посещения уникальные коллекции, расположенные в Химкинском комплексе РГБ

Гости Библиодня смогут пройти с экскурсией по зданию комплекса и осмотреть редкости из фонда газет и диссертац...

Новости издательств

Книжный магазин вне времени и пространства

Книжный магазин вне времени и пространства

30 ноября, издательство Ad Marginem организует на ярмарке non/fiction20 дискуссию «Книжный магазин вне времени и пространства» с у...

В сети магазинов «Республика» стартовала акция «Три книги Ad Marginem по цене двух»!

В сети магазинов «Республика» стартовала акция «Три книги Ad Marginem по цене двух»!

В акции участвует почти весь наш ассортимент. Исключение — серия «Основы искусства».

Неизвестное ранее произведение Марка Твена выходит в России

Неизвестное ранее произведение Марка Твена выходит в России

В октябре книга «Похищение принца Олеомаргарина» выйдет на русском языке в издательстве «Самокат».

Видео

Новости книжных магазинов

В сети магазинов «Республика» стартовала акция «Три книги Ad Marginem по цене двух»!

В сети магазинов «Республика» стартовала акция «Три книги Ad Marginem по цене двух»!

В акции участвует почти весь наш ассортимент. Исключение — серия «Основы искусства».

Лучший книжный магазин Москвы-2018

Лучший книжный магазин Москвы-2018

Портал «Активный гражданин» проводит голосование среди граждан, с целью выяснить какой книжный магазин мо...

Конкурс «Лучший книжный магазин Москвы - 2018» продолжает прием заявок до 5 октября

Конкурс «Лучший книжный магазин Москвы - 2018» продолжает прием заявок до 5 октября

Конкурс открыт для всех столичных магазинов, независимо от размера торговой площади и товарооборота. Участниками ко...

В Москве закрылся книжный магазин «Порядок слов Перелетного кабака»

В Москве закрылся книжный магазин «Порядок слов Перелетного кабака»

Управляющая московским филиалом «Порядка слов», Оксана Васякина, сообщила, что магазин закрывается из-за проблем с ...

Рецензии на книги

Рецензия на книгу «Рамка» Ксении Букши

Рецензия на книгу «Рамка» Ксении Букши

Повесть-сказка Ксении Букши похожа на «Затоваренную бочкотару» (ровно полвека их разделяет): тоже прихотливо ритмизированная проза, такие же фантазии, гиперболы сны, набор типических персонажей с неимоверными монологами и биографиями, метафора и энциклопедия р...

Рецензия на книгу «Тайные виды на гору Фудзи» Виктора Пелевина

Рецензия на книгу «Тайные виды на гору Фудзи» Виктора Пелевина

Танюша и Федюша учились в одном классе, но так и не смогли открыть друг другу свое сердце. Им предстоит многое пройти, прежде чем они наконец смогут разобраться в своих чувствах. Перед вами самый короткий пересказ нового романа Виктора Пелевина. Хотите подробн...

Рецензия на книгу «Остановленный мир» Алексея Макушинского

Рецензия на книгу «Остановленный мир» Алексея Макушинского

Романы Алексея Макушинского – идеальная взлетная площадка для моих фантазий. Я прочитал их все: и ранний, не совсем зрелый «Макс» и превосходный «Город в долине» и обласканный критикой и премиями роман «Пароход в Аргентину», и вот последний, «Остановленный ми...

Рецензия на книгу «Дети мои» Гузели Яхиной

Рецензия на книгу «Дети мои» Гузели Яхиной

Перед нами книга, написанная в жанре «магического реализма». Здесь мы найдем массу отсылок к Толкиену («малорослый народец» -- прямая аллюзия к хоббитам, а уж главный герой, который берет с собой в путь носовой платок, сразу вызывает ассоциацию с Бильбо, котор...

Детская литература

Гильдия словесников опубликовала список литературы, который поможет школьникам и учителям в подготовке к тематическим направлениям сочинения

Гильдия словесников опубликовала список литературы, который поможет школьникам и учителям в подготовке к тематическим направлениям сочинения

В декабре 2018 года 11-классникам предстоит написать итоговое сочинение. Разумеется, этот список неполный и не претендует на универсальность, однако и 11-классник, и учит...

Литературный марафон Google-чтения пройдет 10 декабря

Литературный марафон Google-чтения пройдет 10 декабря

Марафон пройдет при поддержке киностудии «Союзмультфильм». В этом году Google-чтения посвящены сказкам, и их будут читать не только известные актеры: все желающие могут п...

На Урале отметят 80-летие писателя Владислава Крапивина

На Урале отметят 80-летие писателя Владислава Крапивина

Театрализованной программой «Летящие сказки» и музыкальным вечером по произведениям писателя Владислава Крапивина отметят в Свердловской областной библиотеке для дет...

Всероссийский фестиваль детской книги

Всероссийский фестиваль детской книги

26 октября – 28 октября 2018 года в Российской государственной детской библиотеке состоится V Всероссийский фестиваль детской книги. Ежегодно в фестивале принимает у...

Их литература (18+)
литература настоящих падонков

«Брат» автор: гражданин Фильтрубазаров

Впервые он заступился за меня перед самой школой, когда мне было уже 7 лет. До этого он рассказывал мне, что на Луне живут непослушные дети, которые делают там всё, что хотят и о которых совсем позабыли уже их родители…

Ещё он кормил меня кислой вишней и говорил, что это очень полезно. А когда я морщился – он ржал, как конь. Постоянно отнимал у меня апельсины и конфеты из новогодних подарков и говорил,...

далее...

«Клуб бывших самоубийц» автор: mobilshark

Меня зовут Сыч. Я – никто, такова особенность моего внутреннего «я». Эти встающие раком буквы – бунт на карачках против себя самого. Звучит абсурдно, поскольку у меня есть только сознание своего «я», но самого «я» нет, его лицо стерто. Мое сознание необитаемо. Обрамляющие меня обстоятельства – бесформенная зыбучая явь, но я хочу выбраться из этой мути в гущу событий. Как говорит доктор Мыс, мне надо кончить...

далее...

Доска объявлений

Условия публикации здесь

Продам коллекционные книги, выпущенные малым тиражом

Есть данные, что книги из этого тиража были подарены И. И. Сечиным В.В. Путину и некоторым другим высокопоставленным лицам. далее...

Внимание! Литературный конкурс!

Продолжается приём произведений на литературный конкурс - объявлен в первом номере журнала «Клио и Ко»! - на тему революций 1917 года в России, гражданской войны и военной интервенции. далее...

В проект «Полка» на фултайм нужен младший редактор

У нас команда во главе с Юрием Сапрыкиным, дизайн «Чармера», офис в самом центре Москвы, достойная зарплата. далее...

Колонка Сергея Морозова

Записки Старого Ворчуна

Топ сочинителей на российском политическом Олимпе

Сегодня поговорим о графоманах в органах законодательной, исполнительной, и судебной властей РФ. Нет, четвертой власти внимания мы не уделим, там и так все ясно. Займемся литераторами-чиновниками.

Подборка самых эпичных драк современных русских литераторов

Литература умирает. Кино и компьютерные игры загнали писателей в подвалы и канавы, откуда несчастные с шипением вампиров встречают Солнце нового мира. Алкоголь, плохое питание, падающие тиражи – все провоцирует постоянный стресс. Выход один – хорошая драка! Но Золотой век русской культуры миновал.  Литераторы не только пишут значительно хуже предшественников, но и дерутся на пивных стаканах, а не дуэльных пистолетах, как раньше. Писатель на пенсии, Старик Лоринков, вспоминает самые эпичные драки современной русской литературы.

Наши партнеры

ОБЩЕСТВЕННО-ЛИТЕРАТУРНЫЙ ЖУРНАЛ - ОСИЯННАЯ РУСЬ
Книжная ярмарка «Ut Liber»
ГИЛМЗ А.С.Пушкина
Государственный
историко-литературный
музей-заповедник
А. С. Пушкина