Мы открыли Интернет-магазин
Покупайте электронные книги ONYX.
Мы работаем напрямую с эксклюзивным дистрибутором ONYX на территории РФ и у нас бесплатная доставка!
onix-boox
Лит-ра.инфо - новости литературы
Интервью

Виктор Голышев о прилизанных текстах, «Гарри Поттере» и новоязе

Виктор Голышев о прилизанных текстах, «Гарри Поттере» и новоязе 04.03.2015

Виктор Голышев — автор классических переводов «1984» Джорджа Оруэлла, «Пролетая над гнездом кукушки» Кена Кизи, «Свет в августе» Уильяма Фолкнера и других работ. T&P встретились с ним, чтобы поговорить о самых типичных подводных камнях при переводе с английского, о том, имеет ли переводчик право «приглаживать» текст, о влиянии железного занавеса на лексику, о Большом Брате и вредных для здоровья книгах.

— Сегодня с английского переводит масса людей. Какой должна быть степень знания языка, чтобы заниматься переводом?

Другие интервью Виктора Голышева

— Она должна быть ограниченной: я, например, зарабатываю этим на жизнь вот уже 50 лет и языка все равно не знаю. Нужен уровень, на котором ты будешь чувствовать поворот фразы и интонацию. Конечно, даже так у меня не всегда получается угадать отсылку, но это происходит от необразованности. Кроме содержания текста, надо понимать, как это сказано: например, какова степень иронии или серьезности, — и ощущать оттенки. Язык до конца выучить очень трудно, — мы даже русский не знаем до конца.

Для перевода также нужно не переводить, когда ты сперва берешь в руки текст и читаешь, а сразу думать на иностранном языке. Однако этот этап наступает довольно рано, и его одного недостаточно. Необходимо еще понимать, почему автор говорит так, как говорит..

Это он лично по-особому сказал, или это стандартный способ выражаться? В первый раз каждая фраза тебе кажется изумительной. А когда раз пять увидишь одно и то же, становится понятно, что это стандартная фраза, и мучаться над ней не надо, — хотя когда мучаешься, выворачиваешься наизнанку, это тоже иногда идет на пользу. И все же надо отличать авторское от общепринятого. «Душа его закипела бурей». Мы знаем, что это самая большая пошлость, но если первый раз читаешь, то подумаешь — как сильно это сказано!.

Хотя, конечно, поначалу можно обходиться и без этой способности различать.

— А если автор коряво пишет, его надо исправлять, — или лучше оставить все некрасивые вещи на месте?

— Старые переводчики говорили, что они, скажем, Драйзера выпрямляли. Он довольно коряво пишет, и его приходилось приглаживать. Но я думаю, делать это необязательно. Если русский текст невозможно переварить, его не стоит переводить буквально, чтобы человек не утомлялся на пустом месте. Но у Льва Толстого, например, много нескладных фраз. Вы будете его приглаживать при переводе? Нет, делать этого нельзя..

Или попробуйте передать «Котлован» стандартным английским языком вместо языка Андрея Платонова, — вы уничтожите книжку. Так что каждый случай нужно решать индивидуально. Иногда видно, что человек пишет коряво (это обычно встречается во второсортной литературе), и тогда нужно его поправить. Если ты переводишь попсу, нечего с ней церемониться. Людей, которые пишут слишком примитивно или неаккуратно, довольно много..

С другой стороны, у Уильяма Фолкнера тоже не самым простым способом все сказано. Можно выгладить его, разбить длинные фразы на короткие без утраты смысла, — но ты потеряешь ритм и напор. При чтении или переводе его работ происходит такое камлание: Фолкнер долго говорит про какую-нибудь ерунду, у тебя отключаются мозги, и он может внушить тебе то, чему в трезвом тексте ты ни за что бы не поверил. Он тебя размягчает..

Это способ гипноза, и это нужно учитывать. Я видел случаи, когда человек хотел его складно перевести, разбивал фразы на части и в результате терял Фолкнера отчасти. Но в целом общего рецепта в этих вопросах нет. Все зависит от писателя. Я думаю, чем он важнее, чем более он необычный и новый, тем осторожнее нужно обходиться с его корявостью.

— Тут может быть страшно отвратить читателя от нового автора.

— Когда мы говорим слово «читатель», мы не понимаем, о ком речь. Это тупой человек, который читает беллетристику, или нормальный? Нормальный, может, и потрудится. Текст может быть хорош и без изящества. Того же Фолкнера изящным не назовешь..

Для этого и необходимо улучшенное знание языка: оно позволяет понимать корявость как необходимую черту, а не как помеху. Я бы никогда не взялся переводить, например, Шекспира: я недостаточно знаю английский. В его текстах много того, что он придумал первый, и это влипает в язык, как «Горе от ума» влипло в русский, только в значительно большем масштабе..

Чтобы переводить такие тексты, нужно много знать. Мне часто приходится цитировать Шекспира в переводах, потому что к нему обращаются писатели, и каждый раз я беру цитаты из Лозинского. Говорят, что перевод «Гамлета» работы Пастернака легче произносить и что он пластичнее, но я не актер и не могу это оценить..

Что касается содержания, я вижу, что многие вещи сглаживаются. Может быть, это недостаток знания языка, поскольку Пастернак, очевидно, пользовался немецким переводом. Когда так делаешь, многое теряется: не в плане содержания, а в плане ясности. Мне кажется, перевод «Гамлета» у Лозинского точнее, а в смысле поэтичности Пастернаку он не уступает.

— В советской школе перевода текст делали очень гладким, но контекст нередко терялся: например, у Фолкнера возникли «сырники» вместо «чизбургеров». Это из-за железного занавеса?

— Да, с реалиями тогда была большая проблема. Она и сейчас есть, когда дело доходит до поэтики, или суда, или даже практических вещей вроде посылочных компаний. Конечно, мы давно переводим, и люди представляют себе, что такое кольт или ковбой. Но в 80-е и 90-е годы у нас в стране началось языковое варварство: даже на вывеске могли появиться английское и русское слова вместе. «Духless». Меня это жутко бесило.

В плане того, как точно перевести контекст и при этом не потерять качество текста, все надо решать индивидуально. В худшем случае приходится ставить сноску. Но в нормальной книжке не пишут сносок и комментариев. Не знаешь — значит, не знаешь. Хочешь узнать — сейчас сделать это легко, а вот раньше было невозможно. Сноска разрушает повествование. Вместо того чтобы испытывать чувство, начинаешь заниматься научной работой.

Процент заимствований тоже должен быть умеренным. Произведение в переводе не может быть написано на иностранном языке. Текст должен тебя захватить, подействовать на чувства. В противном случае остается слишком много рацио, а это не лучший способ восприятия..

Хотя есть проза, которая пишется таким образом, — в рассчете на интеллект, а не на чувства. Умберто Эко отчасти такой. Он заигрывает с тобой, показывая, что ты тоже умный и поймешь его «вторичные» дела.

— Должен ли перевод, кстати, становиться фактом русской литературы? Насколько сильно нужно адаптировать?

— Перевод должен оставаться фактом литературы. Чужеродность всегда будет: об этом заботиться не надо. Хотя бы из-за того, что ты не можешь контролировать синтаксис на сто процентов. Ты знаешь, что слова надо переставлять, что в английском жесткий порядок, — и все равно он так или иначе прорвется пару раз, и сила чужеязычной интонации тебя заставит воспроизвести их синтаксис. Мозги и речь у людей с разными языками устроены по-разному..

Например, у американских южан речь пышнее, чем у людей с севера, и ритмически она сильнее организована. Мне кто-то объяснил: это от того, что там раньше было много глухих мест, куда не привозили газет, так что люди друг с другом много разговаривали. С другой стороны, были проповеди — а это ритмически сильно организованный жанр. Сейчас эти различия, думаю, выравнялись, — как у нас выравнялись говоры. Потому что все телевизор смотрят.

Английскую поэзию вот давно перестали рифмовать. Для нас это недостаточные стихи: мы привыкли, чтобы был или дольник, или ямб, или рифма (желательно) — наружная, внутренняя, неважно. Без всего этого поэзия кажется нам ритмически организованной прозой. Мне английская поэзия иногда газету напоминает.

— Может ли текст Пушкина, который будет давать адекватный оригиналу опыт чтения, существовать на другом языке?

— Перевести все можно, — вопрос, сколько процентов ты сможешь сохранить. У Пушкина все сказано как бы невзначай. Он на самом деле очень умный, а написано тяп-ляп вроде как, иногда даже банальность произносится. И в английском языке, который к более строгой логике привык, это сложно сделать. Это называют легкостью, хотя на самом деле Пушкину можно сделать довольно много замечаний, потому что он давил не на разум. Мне кажется, эту комбинацию очень трудно сохранить: и легкая небрежность, и почти афоризмы, и вместе с тем без давления. «Нас было много на челне…», наверное, можно перевести. А вот насчет «Анчара» я не уверен.

— У Джорджа Оруэлла есть фраза «Старший Брат смотрит на тебя», — но прижился менее точный перевод: «Большой Брат следит за тобой». Почему так произошло?

— «Big Brother» — это «Cтарший Брат», а не «Большой». Я думаю, переводчик просто недостаточно знал язык и столкнулся с этим выражением впервые. Но второй перевод прижился, потому что «Большой Брат» — это вроде Сталина. Считается, что это более экспрессивно. Это словосочетание звучит не по-русски, и в этом больше угрозы. Оно отделяет тебя от такого «Брата». «Старший Брат» — это вроде свой человек.

— У Оруэлла был вложен смысл родственности изначально?

— А он помер, я не могу у него спросить. Думаю, в английском тексте напряга из-за «Big Brother» меньше, чем в русском. Я знал, что эффектнее будет сказать «Большой», но мне совесть не позволила так сделать.

— При переводе с английского всегда возникает проблема порядка слов. Как ее решать?

— Все время про это думать не надо. Но когда ты чувствуешь, что текст становится монотонным, занудным: подлежащее, сказуемое, прямое дополнение, косвенное дополнение, кое-где перебиваемые вводными словами, — надо это ощущение не упустить, и, например, инверсию всобачить. У нас во фразе есть ударение на первый и на последний слог, и это тобой очень сильно управляет: «Сегодня он не был веселым»..

Ты не станешь писать: «Он не был веселым сегодня». Здесь главными становятся акценты, которых в английском языке нет. Их усиление — «I do like this», — кстати, тоже трудно перевести на русский..

Эта проблема решается, когда ты начинаешь понимать, что во фразе главное. Актеров в театре учат интонации: что надо выделять, а что не надо. В переводе тоже со временем вырабатывается этот навык. У молодых переводчиков текст часто становится монотонным, безударным, и ты спохватываешься не сразу. Английская система жесткого порядка слов гипнотизирует, но вырваться из нее можно, если ты начнешь раздумывать, что во фразе важнее всего.

С другой стороне, в британском англоязычном тексте порой есть это отсутствие сильного голоса, особенно в обращении к другому человеку. «I say» вместо «Послушай». «Послушай», — это значит, я уже на тебя претендую. «I say» — вроде бы то же самое, но я совершенно не касаюсь вас..

Я однажды столкнулся с этим, когда в тексте к американскому герою пришел британец. Зона отчуждения между ними сразу стала шире, выросло личное пространство, и это было довольно мучительно передавать. Российский способ разговора даже после путешествий в США кажется довольно резким. У нас личное пространство вокруг человека меньше, хотя мы вроде бы не южные люди..

Известно, что у людей с юга оптимальное расстояние во время разговора уже, чем у людей с севера. У меня был знакомый, бывший одессит: он за руку собеседника брал, когда разговаривал. Мне это совершенно было не понятно: мне лучше, когда до человека метра полтора.

— Что делать с тавтологиями в английском языке: «были», «что», «может»? Там их не считают, потому что многие глаголы, например, служебные.

— Советская система перевода была вся пропитана осторожностью. Не дай бог у тебя что-нибудь на странице появится дважды: «он сказал, что», «он подумал, что» через три строки. По-моему, это ерунда собачья. Конечно, переводчикам позволено меньше, чем писателям в смысле неопрятности. Моя мать переводила какой-то текст, я зашел к ней, увидел длинную нескладную фразу и поправил ее карандашом. Она сказала: «Ты что, с ума сошел? Ты мне цитату из Толстого поправил». Я сделал это с точки зрения советской гладкописи, как в переводе.

Если еще переводишь, вдобавок, человека, который русский язык знает, это совсем плохо. Иногда все «были» приходится оставлять. Ты их только отклонением от смысла можешь компенсировать. Сказано прямо — а ты должен извернуться, и это уже не так хорошо получается, когда ты у русского автора под контролем. Я бы никогда не стал, например, прозу Набокова переводить, ни за какие деньги. Ты сам себя контролируешь, — а еще и он за тобой следит. Ты вообще тогда, выходит, дурак. Как-то я переводил две статьи Бродского, и все «были» спокойно оставил на месте. У американцев другой подход к переводу: они меньше зависят от иностранной литературы, и советской аккуратности у не заведено.

Если чувствуешь, что заело на «было», надо выкручиваться. Но на самом деле многое проходит незаметно. Во время перевода мы медленно читаем, а человек, который просто взял книгу, читает быстро..

Если через две строчки опять появилось «было», ничего страшного. Со словом «это» хуже. «It», «this», «that», «the» — все приходится с его помощью переводить. Это тяжелая история, и тут каждый случай нужно решать по-своему..

Можно отшагнуть в сторону того существительного, к которому это «это» относится. Или вместо «она» написать имя, а вместо «эта вещь» — «коробка». Вопрос разрешим, но на него уходят умственные усилия, расход которых того не стоит.

— Русский текст часто «свисает» с английской строки, особенно в поэзии. Почему так происходит?

— У меня, например, все тексты короче. Я думаю, это от лени: мне просто трудно много говорить. С другой стороны, старые переводчики считали, что 5–10% припека — это нормально. Может, короткий тест становится менее ясным..

С другой стороны, я видел переводы Трумена Капоте, в которых была масса лишних частиц, слов, уменьшительных суффиксов, — всякого мусора. «А он-то думал». Иногда приходится больше писать, но объем — вопрос не принципиальный. В английском синонимов больше: три языка сложилось в один. А у нас — всего один язык, как ни крути.

С другой стороны, мне говорили, что рок переводить нельзя, поскольку там много коротких слов, состоящих из корней. А Асар Эппель сказал, что это все ерунда: длинными словами можно переводить, и все помещается. Шлягер «А по-русски рыжик» — это его переводческая работа.

— Как у вас идет взаимодействие с книгой, когда вы ее переводите?

— При советской власти у меня было полное взаимодействие с текстами, поскольку я брал только те книги, которые меня касались. Тогда можно было навязать книгу издательству, и это многократно у меня получалось. Иногда приходилось, правда, потерпеть несколько лет. Сейчас чаще приходится работать под заказ. Не помню, когда в последний раз я навязывал кому-то книгу. У всех договора, нужно платить авторские отчисления..

Деньги теперь работают не хуже, чем советская цензура. Вот мы втроем переводили «Гарри Поттера». Что я, буду переживать из-за этого текста или чувствовать, что он мне близок? Чтобы переводить Джоан Роулинг, не надо особенно напрягать организм. Но то, что поперек души, я до сих пор не переводил..

Кормака МакКарти мне раза три предлагали, и я три раза говорил, что мне это не подходит: ни его картина мира, ни взгляд на жизнь, ни способ письма. «Старикам здесь не место» написано элементарно, там нечего переводить, — но не хочется.

— Почему вы выбирали такие тяжелые вещи, как Кизи и Оруэлл?

— От мрачного взгляда на мир, естественно! Григорий Чхартишвили, который был заместителем главного редактора «Иностранной литературы», тоже меня об этом спрашивал. Я сказал — а что, Софокл или Шекспир веселые тексты писали? Вся хорошая литература довольно мрачная. Большая часть книжек — про неприятности. А комедия — это отдельный жанр.

Меня эти тексты социально касались. Почему Кизи до сих пор печатают? Видимо, он как-то соответствует эпохе. Я никогда не рассчитывал на успешность и не ждал, что книжки будут выходить большими тиражами или повторяться. В «Радуге» Кизи не хотели печатать. Мне редактор сказал: «Там негры плохо изображены». А про Оруэлла в «Худлите» говорили, что вообще ничего не нравится. Оруэлл просто на нас похож очень сильно был. И еще будет.

— Правоверность вот уже есть, пожалуйста.

— Максимальная! Такой правоверности у нас не было еще никогда. Может, только в 1920-е годы. А вот насчет новояза не знаю. Если он будет, то, конечно, за счет компьютера. Мы думали, что с появлением интернета получим свободу слова, — а получили свободу хамства. Свободу для своей злобы. Встречаются более-менее цивилизованные реплики, когда разговор касается культурных моментов, хотя и тут люди не слишком сдерживаются. А вот говорят про футбол или про политику, — это конец света. Количество жлобства с появлением компьютера обнажилось. Раньше тебя с таким хамством не напечатали бы нигде. А теперь каждый может высказаться. И кажется, что в организмах накопилось довольно много дерьма. Уважения к людям и терпимости у нас не было и нет. Откуда им взяться?

— Это уже к Достоевскому.

— У героев Достоевского постоянно присутствует сильный моральный вывих. Как сказал Рассел: «Моральная прострация его героев презренна». Нагадить — потом исправиться. Но первый делом нагадить. Достоевский — замечательный писатель, но я его читать не хочу. Лермонтов тоже меланхоличный, и у меня с ним тяжелые отношения, но, когда складно сказано, часть тоски это убивает. В «Гамлете» тоже творятся страшные дела, 11 человек убиты. Но читать его — кайф. Красота уничтожает черноту..

Достоевский на меня очень сильно действует, но я этого действия не хочу. У меня внутри слишком чувствительное пространство. Я пару раз читал Достоевского — и заболевал простудой. Его вредность идет от аффекта, от вязкости, которая свойственна эпилептикам, и от быстроты письма. Достоевский едет по накатанной, как машина, как поезд.

Оруэлл, конечно, тоже вредный для организма. Когда его переводишь, там локоть некуда поставить, — так все элементарно написано. Интересное слово не подберешь — только точное подобрать можно. Это очень осложняет жизнь, при том что ты и так переводишь чернуху..

Некоторые писатели дают тебе свободу в переводе, — а Оруэлл никакой свободы не дает, если речь о прозе. Я много переводил его эссе и статей: у него колоссальные ясные мозги, лишенные всякой аффектации. Оруэлл не врет, не козыряет, его никуда не несет. Он как математика — такая же честная вещь.

— Как так вышло, что вы решили перевести тот первый рассказ Сэлинджера, с которого началась ваша карьера переводчика, — «Лучший день банановой рыбы»?

— Мы учились в одном институте с Эриком Наппельбаумом, и он рассказал, что есть такой писатель — Салингер. Никто не знал, как правильно его имя произнести. Эрик дал мне книжку, мне понравилось, а он сказал: «Давай его переведем?» Мы и перевели. Я сидел дома на крыльце и над ним работал. Когда потом я его снова взял, то почти ничего не исправил. Там ведь нет никаких технических премудростей. Там надо только настроение подсечь, а оно довольно понятное. И не знаешь, почему он застрелился, и кто он такой, — а все равно рассказ все в себе содержит.

Мы перевели его быстро, а ковырялись потом недели две: правили. И моя мать еще редактировала нас после этого. Фразы, которые нам казались не очень хорошими, мы читали с еврейской интонацией: так она становится комичной, и все нелепые места видно. Впрочем, по большей части мы тогда зря это делали.

— У Оруэлла вам нужно было решать вопрос создания нового языка внутри произведения. Как вы выкручивались?

— Это единственный случай в моей жизни, когда я рационально подошел к переводу. Я обычно ничего не читаю вокруг книги, которую перевожу. Но у Оруэлла в «1984» три словаря, и у каждого свои свойства. Составные слова типа «новояз» или «миниправ» легко сказать по-русски. Но есть вещи, которые соответствуют только английскому: например, любое слово может быть и существительным, и глаголом, и прилагательным..

Пришлось придумать параллельные уродства, которые допускает русский язык. Например, вместо этого ты пишешь, что все глаголы надо сделать переходными. Мы ведь побеждаем мир и властвуем над природой!.

Скажем, там была фраза: «Пилот взмыл свой вертолет». Я это читал в советской прессе. Если ты любил копаться в мусоре, можно было за времена СССР накопить огромное количество маразматических комбинаций. Например, у нас самый большой самолет назвали «Антей». Мы знаем, что Антей получал силу, только когда касался матери-земли. Как его Геракл уронит — так он становится сильнее..

Значит, самолет должен грохнуться! Бессмысленные слова. «Они встали на ударную вахту». Кто-то перевел это на английский: «Shock watch». «Шоковый караул». Потому что это нельзя перевести, у них нет такого понятия — «ударный».

Я уродства для Оруэлла специально не набирал. Когда я работал инженером, мне однажды принесли листочек, где было написано: «Ваша лаборатория должна встать в бригаду, сражающуюся за звание коммунистического труда»..

Вот это непереводимая вещь, но принцип организации у такого маразма абсолютно понятный. Я не хотел, чтобы это были советские дела: так теряется универсальность. Однажды в газете напечатали кусок романа Оруэлла, и туда пришли письма с советами, как эти жуткие слова надо переводить: например, вместо «разведчики», как там называют детей, предлагали писать «шпионеры». Но это дешевый номер. Так получается фельетон, а «1984» не фельетон. Он довольно чернушный.

«1984» — душевная книга, но тяжелая, когда ты ею год занимаешься. Эта жуть в тебя проникает. Вообще, всякая большая книга проникает в тебя, когда ты с нею работаешь. Ты становишься вроде как учеником писателя. Кизи на меня не так сильно подействовал: там много юмора, игры и хулиганства, которых нет у Оруэлла: у него если усмешка, то кривая. Но все равно идея та же самая, тоталитарная: секта эта — сумасшедший дом, и диктатор издевается надо всеми. Все то же самое, только без политики.

— Сейчас в России ссылки на действительность у Оруэлла отлично работают.

— Люди сами могут захотеть такой жизни, когда их станет слишком много. Станет тесно, жратвы и света будет не хватать. Они ведь как молекулы: в состоянии газа занимают много места, а если в твердое тело сжать — меньше. Получается кристаллическое общество. У многих есть в этом потребность. Свобода — довольно тяжелая вещь; иногда охота, чтобы за тебя что-то решили. Почему мальчишки-шпана нападают впятером на одного?.

От собственной неполноценности, наверное. Когда вы вместе, вроде бы вы сила. У людей много дефектов: ощущение собственной слабости, нежелание самим за себя решать, обиды всякие, желание отомстить. Очень немногие могут понять, что они кое в чем и сами виноваты. Всегда лучше, чтобы другой был виноват. Просто берешь и переносишь свои недостатки на другого. В человеке довольно много зла, на самом деле..

Недаром он почти всю Землю захватил, зверьков извел или в зоопарк посадил. Человек — довольно злое животное, на самом деле. И конкуретноспособное. Но до какой степени — не знаю. Может, оно само себе сожрет.

Помните «Войну миров» Герберта Уэллса? Там марсиане ловят людей и высасывают из них кровь. А ведь мы сами только этим и занимаемся: то шкурку снимем себе на шубу, то корову забьем конвейерным способом. В XIX веке налима хлестали, чтобы у него распухла печень, и тогда она вкусная будет. В «Войне миров» меня очень потрясало это: зачем им человеческая кровь? Кажется, жуть какая-то. А мы ведь такие же. Думаю, если бы мы были как джайнисты, которые боятся на муравья наступить, то целую планету ни за что бы не завоевали.

Источник: theoryandpractice.ru

Фото: © Александр Решетилов/Афиша


Описание для анонса: 
Комментировать

Возврат к списку

Комментировать
Защита от автоматических сообщений
CAPTCHA
Введите слово на картинке

 

Короткое чтиво на каждый день

Сергей Семипядный: «На высоте вдоха»

Номинация на Первую литературную премию «Лит-ра на скорую руку».

Поставив чемодан и сумку на пол, он разогнулся и увидел самого себя, обезображенного расколотым по диагонали зеркалом. Таким он себя ещё не знал. Он хотел поближе подойти к необычному...

читать далее...

Виктория Черкасова: «Царь, коза и Фома – умная голова»

Номинация на Первую литературную премию «Лит-ра на скорую руку».

Заскучал царь. Стал со скукой на шашки глядеть, к гуслям стал равнодушен и к пряникам.
Велел государь народ оповестить, о том, что тот, кто козу, что три языка иноземных знает,...

читать далее...

Первая литературная премия «Лит-ра на скорую руку»

Литература в картинках

Самый короткий рассказ Посмотреть полный размер

Самый короткий рассказ

Рисунок и рассказ С. Давлатова. Источник

Любопытное из мира литературы

Книги на бумаге по-прежнему дают сто очков вперед электронным

Книги на бумаге по-прежнему дают сто очков вперед электронным

Сотрудники американской исследовательской компании Nielsen Norman Group взялись проверить это на практике и дали группе добровольцев небольшой рассказ Хемингуэя, чтобы те прочли его на скорость. Быстрее всего управились читавшие с бумажного носителя (им хватил...

Почему я не могу читать русскую литературу

Почему я не могу читать русскую литературу

Книги могут многое. Они могут говорить к вашей душе, порой очень громко и властно. Но они будут молчать, будут лежать молчаливой бумагой, пока душа не будет готова услышать их. Книги могут перевернуть вашу жизнь, но только тогда, когда в ней уже и так обнаружи...

Редакторы российских кинокомпаний о самых грубых ошибках сценаристов

Редакторы российских кинокомпаний о самых грубых ошибках сценаристов

Анна Гудкова («Art Pictures»), Ольга Шенторович (продюсерский центр «Среда»), Сергей Козин («COSMOS Studio») и Александр Архипов (кинокомпания «СТВ») рассказали, читают ли в кинокомпаниях «входящие» сценарии, а также какие фатальные ошибки должен допустить сце...

Сергей Степашин: В количестве книжных магазинов мы резко проигрываем Европе

Сергей Степашин: В количестве книжных магазинов мы резко проигрываем Европе

Президент Российского книжного союза: Россия – одна из немногих стран, где существует НДС на книги. В Скандинавии, во Франции, в Англии, в Германии, в США НДС на книги не снимается, потому что это социально значимый, культурологический идеологический продукт. ...

Литература в цифрах

31,68 %

на столько повышается активность симпатической нервной системы (возбуждающей деятельность сердца) при чтении бумажной книги, а при чтении электронной - на 17,23%. Источник

30 000 рублей

такую сумму необходимо заплатить, чтобы вступить в Российский Книжный Союз Источник

1918

год, с которого коллекция Гинзбургов, хранится в собрании РГБ Источник

Прямая речь

Александр Прокопович, главный редактор издательства «Астрель-СПб»:

Я еще не встречал роман начинающего автора, где нельзя было бы с легкостью сократить процентов 10. Источник

Юлия Зайцева, продюсер:

Даже самый раскрученный бестселлер по тиражу в разы уступает количеству просмотров у популярных ютуберов или зрительскому рейтингу какой-нибудь захудалой программы на периферийном ТВ-канале Источник

Колонка Сергея Морозова

Сергей Морозов

Манифест барской литературы

Говорят, Маканин был очень умный. Может и так, смотря какой меркой мерить. Каждый обычно пользуется своей. Для одного - умный, для другого – так.
Я вот, сколько ни читал Маканина, «очень» не заметил. Умные-то мы все. А вот которых «очень» всегда было...

Усталость от государства

Странная тенденция прозы этого года – при всей идейной блеклости, господствующий анархический настрой, мысль, что было бы лучше обустроиться подальше от Левиафана.
Идея не новая. Необычно то, что над этим задумалась почвенническая по характеру литература....

Колонка Юлии Зайцевой

Юлия Зайцева

Убийство цензуры

Последние десять лет в России модно говорить о цензуре в самых разных сферах, особенно высокобюджетных. Самые медийные цензурные скандалы, как правило, имеют коррупционный бэкграунд. Я не берусь выносить приговоры при отсутствии информации. Скажу только, что для наблюдателя со стороны всегда очень странно выглядит, когда на обвинения в отсутствии прозрачной отчетности по крупным госконтрактам «пострадавшие» отвечают не четкими финансовыми выкладками (что было бы убедительно и логично), а ассиметричными контробвинениями в политическом заказе, ограничении свободы...

Колонка Сергея Оробия

Сергей Оробий

Мертвые души 2.0. (трейлер романа)

Стартовал новый сезон некогда великого, а ныне стремительно глупеющего сериала «Ходячие мертвецы». Посмотрев пару новых серий, я понял, что русская литература имеет в запасе не менее впечатляющий сюжет для зомби-апокалипсиса, но пока им никто не восп...

Главный русский хронотоп

Очередь за iPhone X на Тверской, случившаяся на прошлой неделе, продолжает великую традицию русского культурного стояния. Сначала была очередь к поясу Богородицы (ноябрь 2011), потом – очередь к Серову (январь 2016)…
Какая, прости господи, связь между...

Интервью

Литературные мероприятия

19 нояб. Университетские субботы: Лекция «Поэтическое и изобразительное»

Приглашаются школьники, учащиеся колледжей, студенты и все интересующихся русской литературой и культурой.

22 нояб. Лекция о русских писателях, получивших Нобелевскую премию по литературе

Поэт, писатель и журналист Андрей Орловский расскажет о пристрастиях шведских академиков, нобелевской статистике, мифологии Иосифа...

16 нояб. Лекция «Иллюстраторы С. Я. Маршака»

Лекция пройдет в рамках интерактивной историко-библиографической выставки «МАРШАК».

Встречи с писателями

28 нояб. Оливер Стоун

В ходе встречи автор подпишет свои книги «Нерассказанная история США» и «Интервью с Владимиром Путиным».

22 нояб. Ксения Драгунская

В ходе встречи автор представит свою новую книгу «Колокольников — Подколокольный», ответит на вопросы и проведёт автограф-сессию!

Книжные новинки

Новости книжных магазинов

РЕСПУБЛИКА* на Проспекте Мира теперь работает 24 часа

РЕСПУБЛИКА* на Проспекте Мира теперь работает 24 часа

Если ровно в три часа ночи вы проснулись от желания приобрести моднейший винил, если вы считаете, что после полуночи стихи обретают другой смысл, если вы мечтаете попробовать редкие сладости при свете звёзд – вам в РЕСПУБЛИКУ*

Благотворительная акция «Подари ребёнку книгу» продолжается

Благотворительная акция «Подари ребёнку книгу» продолжается

В рамках акции проходит сбор книг для небольших региональных библиотек. В этот раз будет обновляться книжный фонд библиотеки Марковского сельского поселения республики Марий Эл. Акцию проводят книжный магазин «Москва», ассоциация «Растим читателя» и Российская государст...

Литрес: Лучшие книги октября

Литрес: Лучшие книги октября

Лучшие электронные и аудио книги октября 2017 года, по версии Сервиса электронных книг №1 в России «ЛитРес».

Премии, Выставки, Конкурсы

Новости библиотек

22 нояб. Лекция о русских писателях, получивших Нобелевскую премию по литературе

22 нояб. Лекция о русских писателях, получивших Нобелевскую премию по литературе

Поэт, писатель и журналист Андрей Орловский расскажет о пристрастиях шведских академиков, нобелевской статистике, мифологии Иосифа...

Благотворительная акция «Подари ребёнку книгу» продолжается

Благотворительная акция «Подари ребёнку книгу» продолжается

В рамках акции проходит сбор книг для небольших региональных библиотек. В этот раз будет обновляться книжный фонд библиотеки Марко...

Стартовал конкурс для библиотек

Стартовал конкурс для библиотек

НП «Викимедиа РУ» запустило конкурс для библиотек России по размещению в свободном доступе книг, газет и журналов из своего фонда,...

11 ноября Российская государственная библиотека в пятый раз открывает для посещения уникальные коллекции

11 ноября Российская государственная библиотека в пятый раз открывает для посещения уникальные коллекции

В этот день вы сможете посетить с экскурсией отдел диссертаций, отдел газет и отдел хранения основных фондов.

Новости издательств

«Редакция Елены Шубиной» приглашает на 19 Международную ярмарку интеллектуальной литературы non/fictio№

«Редакция Елены Шубиной» приглашает на 19 Международную ярмарку интеллектуальной литературы non/fictio№

Издательство представит множество ярких книжных новинок, а также пригласила известных авторов для встреч с читателями.

10 октября 1922 года — 95 лет назад — основано книжно-журнальное издательство «Молодая гвардия»

10 октября 1922 года — 95 лет назад — основано книжно-журнальное издательство «Молодая гвардия»

Основано книжно-журнальное издательство «Молодая гвардия» по решению V съезда ВЛКСМ. В издательстве, выпускающем художественную, о...

Издание книг.ком: Начались продажи сборника повестей Вячеслава Кондратьева

Издание книг.ком: Начались продажи сборника повестей Вячеслава Кондратьева

Сборника повестей Вячеслава Кондратьева «Повести. 1941-42 годы», выпущенн на платформе «Издание книг.ком». В сборник вошли три пов...

Видео

Александр Прокопович, главный редактор издательства «Астрель-СПб» ежемесячно отвечает на вопросы потенциальных писателей

Рецензии на книги

Рецензия на книгу «Коронация зверя» Валерия Бочкова

Рецензия на книгу «Коронация зверя» Валерия Бочкова

Роман как исторически достаточно молодой жанр - вещество горячее, дымящееся, и его традиционность, граничащая с традиционализмом, и его сугубо личное (авторское) новаторство, граничащее с "выходом за рамки", могут иной раз начать сами диктовать автору свою волю,...

Рецензия на книгу «Стриптиз на 115-й дороге» Вадима Месяца

Рецензия на книгу «Стриптиз на 115-й дороге» Вадима Месяца

Обманчивым было бы думать, что автор сибарит, жизнелюб и весельчак. Этот глаз, эта память подмечают и крепко держат и то, что держать внутри себя опасно - настоящие трагедии; тогда текст превращается в невероятие почти шаламовское, граничащее с гротеском театр...

Рецензия на книгу «Охота за тенью» Якоба Ведельсбю

Рецензия на книгу «Охота за тенью» Якоба Ведельсбю

Атмосфера нового романа датчанина Якоба Ведельсбю «Охота за тенью» сначала кажется удобно-узнаваемой из-за насыщенности не только описаниями комфортных и традиционных европейских реалий, но и психологическими портретами знакомых европейских типажей. Типичное мышление...

Рецензия на книгу «Дети декабря» Платона Беседина

Рецензия на книгу «Дети декабря» Платона Беседина

Не побоимся начального трюизма: книга эта о людях, - как, впрочем, и все книги на свете. Вдумайтесь, книг не о людях очень мало; мало кто из писателей избирает поприще Виталия Бианки или Джеральда Даррела, но и зоологи-биологи поселяют животных по соседству с ...

Детская литература

Впервые в библиотеках по всей России пройдет  «Неделя „Живой классики“»

Впервые в библиотеках по всей России пройдет «Неделя „Живой классики“»

Самый масштабный проект для школьников нашей страны – конкурс юных чтецов «Живая классика» – пройдет в следующем году уже в седьмой раз. Чтобы отлично выступить, важно начать подготовку...

Книгуру проводит Конкурс на лучшую читательскую рецензию

Книгуру проводит Конкурс на лучшую читательскую рецензию

Итоги конкурса рецензий будут объявлены в начале декабря одновременно с объявлением победителей восьмого сезона «Книгуру». Приз – букридер.

3 ноября библиотека им. Н.А. Некрасова проведет «Большой День рождения на каникулах»

3 ноября библиотека им. Н.А. Некрасова проведет «Большой День рождения на каникулах»

Лучшие в мире устроители дней рождения собирают гостей. Ноябрь оказался «урожайным» месяцем на дни рождения детских писателей. Среди них такие любимые всеми ребятами, как Астрид Линдгре...

Научный Круглый стол «Приобщение к чтению: теория, история, практики»

Научный Круглый стол «Приобщение к чтению: теория, история, практики»

В программе предусмотрены выступления известных специалистов НИЦ «Наука» РАН, Российской академии образования (РАО), Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям, президент...

Их литература (18+)
литература настоящих падонков

«Смерть рыжей годзиллы» автор Мзунгу

В 80- тые годы я провел сотни часов у радиоприемника, слушая «Голос Америки» и «Радио Свободы». И чем сильнее их глушили советские спецслужбы, тем крепче становилась моя любовь к Америке.
И вот, наконец, здравствуй Америка - страна сильных, смелых, умных и свободных людей!!!
В аэропорту меня встречала женщина по имени Бренда, с которой познакомился по переписке. Ещё до появления массового Интернета, чтобы освоить английский язык, я стал членом “International Pen Friends” и в мой почтовый ящик начали приходить письма со всего мира. Одно из них было от американки Бренды. далее...

«Пальцы» автор Катран

У Вити Кныша околела бабка. Жила себе старушка, не бздела, а тут – чпок – и загнула когти: мочевой пузырь по шву лопнул. Бабка рассол от помидоров сильно уважала. Третьего дня банку трехлитровую в один ебальничег морщинистый скушала и поехала на картошку двести километров без остановок. Там, посреди ботвы и колорадских жуков, в самом расцвете старушечьих сил, можно сказать, и крякнула. Казалось бы, семьдесят три всего – в трамвае хоть с пяти утра на костылях фехтуй, скамейки под домом на вылет проперживай, а по выходным хрючево для внука кашеварь – не жизнь, а малина. И тут такая неприятность с косой… далее...

Доска объявлений

Новая рубрика! Условия публикации здесь

В проект «Полка» на фултайм нужен младший редактор

У нас команда во главе с Юрием Сапрыкиным, дизайн «Чармера», офис в самом центре Москвы, достойная зарплата. далее...

Ищете бета-ридера? Я тот, кто вам нужен!

Предлагаю писателям услуги бета-ридера. Стоимость - 1 а.л. = 400 р. Работаю по предоплате в 50% от полной стоимости. далее...

Отдам Пелевина и Рубину

С вас чашка кофе в кафе. Если Вы девушка - кофе с меня ;) далее...

Продам две монографии Лукова В.В.

Предотвращение террора «сверху» и «снизу» - тема двух монографий Лукова В.В. далее...

Наши партнеры

ОБЩЕСТВЕННО-ЛИТЕРАТУРНЫЙ ЖУРНАЛ - ОСИЯННАЯ РУСЬ
Книжная ярмарка «Ut Liber»
ГИЛМЗ А.С.Пушкина
Государственный
историко-литературный
музей-заповедник
А. С. Пушкина