комиссия-по-конопле.рф
Лит-ра.инфо - новости литературы
Интервью

Сергей Чупринин, главный редактор журнала «Знамя» о значении литературы в жизни общества и художественной ценности постов на «Фейсбуке»

Сергей Чупринин, главный редактор журнала «Знамя» о значении литературы в жизни общества и художественной ценности постов на «Фейсбуке» 04.12.2017

– Перед тем как стать первым заместителем главного редактора «Знамени» в 1989 году, вы 13 лет проработали обозревателем в «Литературной газете». Чем вам запомнилась «Литературка» тех лет? Взяли ли вы на во­оружение какие-нибудь принципы работы?

– Я пришёл в «Литературную газету» совсем ещё молодым человеком, аспирантом Института мировой литературы. Довольно быстро прошёл этапы служебного пути – от сотрудника отдела критики до обозревателя, который тогда отвечал только за себя: надо было писать то, что ты хочешь, и появляться в редакции только тогда, когда шла твоя статья.

Я очень люблю эти 13 лет, потому что с самого начала я попал в совершенно замечательную компанию. Редакция в те времена напоминала своеобразный клуб: многие литераторы приходили туда просто так – поговорить, порассуждать, рассказать новости. И сама газета выгодно выделялась на фоне тогдашней периодики. Разумеется, она была советской, и в ней шли материалы, с которыми не хотелось иметь ничего общего. Особо трудно было литературным отделам, поскольку газета впрямую подчинялась Союзу писателей СССР и, соответственно, вынуждена была откликаться на сочинения власть имущих.

В то время «ЛГ» называли «Гайд-парк при социализме», потому что её идеалом было торжество плюрализма. Одним из самых распространённых форматов в газете были дискуссии. И даже в рецензионной практике главенствовала рубрика «Два мнения об одной книге». Положим, выходила книжка Фазиля Искандера или Василия Аксёнова, или Владимира Маканина, на которую литературная власть смотрела неодобрительно: тогда в газете публиковалось одно нормативное мнение – то, чего ждало начальство, то, что требовалось написать, зато рядом – совершенно свободное.

Дискуссионность – это первое достоинство «Литературной газеты», которое оценили читатели. Второе достоинство «ЛГ», которое создало ей тогда огромный тираж и высокую степень популярности, заключалось в том, что газета занималась защитой человека. Я не рискну сказать, что она защищала права человека. Понятие «права человека» тогда было табуированным, и занимались этими правами совсем другие люди – диссиденты, правозащитники. «Литературная газета» в конфронтацию с властью не вступала, но и она, как могла, защищала человека от неправедного суда, от жестокого начальства, от ханжества, от нормативной эстетики. Самыми популярными жанрами «Литературки» тогда были судебный очерк и материалы под рубрикой «Если бы директором был я», где высказывались самые неожиданные, иногда отчаянные мнения по разным вопросам.

Эти традиции сделали «Литературную газету», безусловно, лучшей газетой поздних советских лет. Я всегда вспоминаю добрым словом Александра Борисовича Чаковского и Виталия Александровича Сырокомского – о них можно, конечно, сказать и дурное, но именно они придумали этот формат и собрали этих людей.

– В чём, на ваш взгляд, отличительная особенность журнала «Знамя»?

– Когда я пришёл в журнал «Знамя», он уже был одним из флагманов перестройки. Как и в других толстых литературных журналах, у нас печатались произведения из писательских архивов, из самиздата и тамиздатов, которые меняли представления людей и о том, что такое литература, и о том, что такое жизнь в России, и о том, что такое Россия вообще. Тираж журнала фантастически взлетел. В 1991 году он достиг своего максимума – миллиона экземпляров. Это понятно, потому что журналы заменяли собою и парламент, и политические партии, и вообще свободные дискуссии, которые тогда только-только начинались. Я помню свои ощущения рубежа 80–90-х годов – полный восторг, в том числе восторг по отношению к своим согражданам. «Надо же, – думал я, – действительно мы самая читающая в мире страна». Оказалось, что это не так. Люди хотели обновления, перемен, и литературе досталась порция читательской любви, потому что она несла в себе эти перемены. Когда переломный момент прошёл, с нами остались только те, кому важна литература ради литературы.

Сегодня существует спектр толстых литературных журналов, которые по-прежнему очень важны для культурного процесса в стране. Как выделяется в нём журнал «Знамя»? В начале 90-х годов, когда страницы «Нового мира», «Звезды», «Дружбы народов» заполняла так называемая возвращённая классика – проза Солженицына, «Дети Арбата» Рыбакова, пастернаковский «Доктор Живаго», мы решили, что пока все отдают долги, мы будем печатать в первую очередь современную литературу – то, что пишется здесь и сейчас. В этом было наше своеобразие. Одновременно сложилась и мировоззренческая доминанта издания. Журнал «Знамя» принципиально либерален в своих основаниях. Сейчас слово «либеральный» не в моде. Оно вызывает подозрения, а часто и усмешки. Так, увы, развивается русский политический словарь последних десятилетий, что сначала было скомпрометировано слово «демократический» – само по себе прекрасное. Словом «демократ» стали ругаться. Теперь ругаются словом «либерал». Тем важнее, мне кажется, дать возможность проявиться истинному либерализму – не агрессивному, который так же вытаптывает всё вокруг себя, как и любая другая радикальная идеология, но стоящему на позициях терпимости, уважения к иному, чем у тебя, мнению и, конечно же, свободы. Свободы творчества в первую очередь – ведь мы литературный журнал. Поэтому мы готовы напечатать какое угодно произведение – реалистическое, постмодернистское, авангардистское, натуралистическое – если оно, на наш взгляд, исполнено с умом и талантом.

Меня часто спрашивают: что никогда не появится на страницах журнала «Знамя»? Ответ у меня простой: мы ни при каких условиях не опубликуем человеконенавистническое произведение – антисемитское, ксенофобское, вызывающее рознь по социальным и любым иным признакам. И мы никогда не опубликуем произведение, которое звало бы Русь к топору или к самоизоляции, к вражде и столкновению со всем миром. Это за пределами нашего понимания литературы и жизни. Всё остальное обсуждаемо.

– Что изменилось в «Знамени» за те 24 года, что вы возглавляете журнал? На данном этапе издание является только зеркалом литературного процесса или же оно способно расставлять акценты, давать ориентиры?

– Четверть века – это большой срок, и задачи журнала, разумеется, менялись. Как я уже упомянул, в конце 80-х годов, когда страницы других журналов были заполнены «возвращённой классикой», мы сделали акцент на произведениях, которые пишутся здесь и сейчас. Как раз в это время советское книгоиздание находилось на последнем издыхании, а с переходом на рыночную экономику и вовсе приказало долго жить. Новые коммерческие издатели хотели денег – быстро и побольше. И книжные магазины были заполнены всякого рода мусором: переводными и домодельными детективами, фэнтези, оккультизмом... И только в литературных журналах могла появляться серьёзная проза. Причём нами руководила мысль о том, что задача литературы и литературной журналистики – помогать тем, кому хуже всего. А хуже всего тогда было отечественным постмодернистам и авангардистам. Читателей нужно было при­учить к тому, что это тоже литература. В 1988 году в «ЛГ» вышла моя статья «Другая проза»: о том, что кроме авторов привычного реалистического дискурса существуют и те, кто пишет и дышит совсем по-другому. Поэтому в первой половине 90-х годов в «Знамени» был установлен режим максимального благоприятствования как раз для этой «другой прозы». Мы стали печатать тех, кто уже известен, и открывать новые имена. Например, у нас было опубликовано первое произведение Виктора Пелевина, тогда ещё никому не известного – повесть «Омон Ра». Тогда же мы напечатали Михаила Шишкина – сначала маленький рассказ «Урок каллиграфии», затем – роман «Всех ожидает одна ночь». В середине 90-х годов режим максимального благоприятствования к постмодернистам был снят. Их стали издавать, переводить на разные языки, давать им литературные премии. Они больше не нуждались в протежировании.

Что касается последних лет… Сейчас, слава богу, с книгоизданием в Российской Федерации всё более или менее устоялось. Издать свою книгу может любой писатель, и никакое талантливое произведение не будет забыто. Что делать в таких условиях литературным журналам? Мы это обсуждали много раз и пришли к выводу, что теперь наша принципиальная задача – в первую очередь печатать произведения, принадлежащие к «высокой литературе». Это проще объяснить по аналогии. Сейчас в мировом кинопрокате доминирует Голливуд. Остросюжетные, яркие, постановочные, богатые фильмы, рассчитанные на тинейджеров. Но есть, слава богу, и артхаус, кино, которое показывают на фестивалях, – эти фильмы не собирают такую кассу, как голливудские блокбастеры, но они необходимы, чтобы кинематограф оставался искусством, а не просто поставщиком развлечения для миллионов. Такой же артхаус есть и в литературе. Мы остаёмся с теми, кто занят, говоря словами XIX века, «искусством для искусства».

– Что, на ваш взгляд, нужно сделать, чтобы возродить в нашем обществе интерес к литературе?

– Думаю, эта проблема может быть решена только комплексно. Первое – к нормальному книгоизданию надо прибавить и нормальное книгораспространение, чтобы книга могла выходить за пределы Московской кольцевой автодороги и продаваться всюду. Я не экономист, не бизнесмен – я не знаю, как это можно сделать на практике. Но я, честно говоря, не понимаю, почему сигареты «Мальборо» можно купить на Чукотке, а книгу нельзя. Второе – библиотеки. Я иногда по необходимости хожу в библиотеку по месту жительства. Её можно назвать хорошей: там, например, есть литературные журналы, которые даже в столице есть уже далеко не везде. Но и в этой хорошей биб­лиотеке мало новинок, стоят старые книжки. Денег нет, говорят нам. Да теперь уже и мало ходят в библиотеки, говорят нам. Но, может, потому и мало ходят, что нет новых книг? Одной классикой жив не будешь. В-третьих, необходимо поднимать престиж чтения. У нас об этом очень много говорится. Но в реальности для этого ничего не делается. Или почти ничего. Это задача не только государства, но и общества.

– Как вы считаете, современные крупные литературные премии отражают литературный процесс? На них можно ориентироваться?

– Да, безусловно, в какой-то мере отражают. И да, безусловно, жюри разных премий совершают одну ошибку за другой. Оба эти суждения справедливы, но ориентироваться на решения премиальных жюри всё-таки можно. Читателю, который хочет понимать, что происходит в литературе, я бы рекомендовал присматриваться не к фамилиям победителей, а к так называемым коротким спискам. Пять фамилий Букера говорят обычно больше, чем имя главного лауреата.

– Вас можно назвать активным пользователем «Фейсбука». В 2015 году вышла ваша книга «Вот жизнь моя. Фейсбучный роман», которую составили заметки и комментарии с вашей персональной странички… А как вы оцениваете роль социальных сетей и вообще интернета в современном литературном процессе? Можно ли сказать, что интернет отбирает хлеб у литературных изданий?И нужно ли с этим бороться?

– Появление интернета в России совпало с распадом Советского Союза и гибелью тоталитарной коммунистической идеологии. Когда появился «РуЛинет» – русский литературный интернет, как его тогда называли, – у многих было ощущение, что эпоха Гуттенберга, то есть эпоха печатной словесности, закончилась. Что будет что-то совсем другое. Сейчас смешно это вспоминать. Литература – слишком устойчивое явление, чтобы меняться в зависимости от тех или иных социальных или технологических преобразований.

Что представляет собой интернет сегодня? Во-первых, это альтернатива печати. Если вас по какой-то причине не хотят печатать в толстых литературных журналах, вы свободны отправить своё произведение в Сеть, сделать его общедоступным. Во-вторых, это естественная среда для молодых писателей, из которой они вырастают. Мне неизвестно ни одно литературное имя, которое возникло и осталось в интернете.

А перемены, конечно, происходят. Так, появление социальных сетей в 2000-х годах создало очень интересные возможности для писателей. Например, тот же самый «Фейсбук». Не без основания говорят, что люди предпочитают читать «Фейсбук» вместо толстых книг: когда ты листаешь новостную ленту, у тебя создаётся ощущение, что ты в курсе всех событий, всей литературы. В этом случае «Фейсбук» оказался конкурентом печатных изданий. Но он дал и новые возможности. Например, утвердил в правах форму короткой новеллы и разрозненных высказываний – сегодня о Конституции, а завтра о севрюжине с хреном.

В течение какого-то времени я был уверен, что это нечто принципиально новое… А потом сообразил, что такой опыт тоже уже накоплен нашей великой литературой. Ярким примером может послужить замечательный (и горячо мною любимый) писатель начала ХХ века Василий Розанов, его «Опавшие листья», «Мимолётное», «Уединённое».

Мне кажется, что сейчас эта традиция если не побеждает, то, во всяком случае, идёт в параллель с тем, что принято считать большой литературой. Но важно понимать: ужасно, когда в литературе побеждает что-то одно. Ведь в чём был ужас советской культурной ситуации? Даже не в том, что появился социалистический реализм, а в том, что всё стали подгонять под него, а всё, что не подгонялось, обрубать. В то время как нормальное состояние литературы предполагает одновременное и непременно конфликтное присутствие в ней и романтизма, и реализма, и каких-то декадансных явлений. Так что хорошо, что у нас есть сегодня не только лаконичные высказывания фейсбучного типа, но и романы в двух-трёх томах, которые по-прежнему пишутся и читаются.

Беседу вела Валерия Галкина

Источник: Литературная газета


Описание для анонса: 
Комментировать

Возврат к списку

Комментировать
Защита от автоматических сообщений
CAPTCHA
Введите слово на картинке

 

Короткое чтиво на каждый день

«Звёздочка» Владимир Пимонов

На первый взгляд, она эгоистка, собственница. "Моя ложка" (с чуднЫм углублением. вилку категорически отрицает), "мой нож" (самый маленький, с заостренным носиком - им удобно картошку чистить), "моя кружка" (синего цвета, пластиковая, ручка отломана), "моя миска" (небольшая, с темно-зеленым стандартным узором)....

читать далее...

«Двое в одном» Антон Чехов

Не верьте этим иудам, хамелеонам! В наше время легче потерять веру, чем старую перчатку, - и я потерял!
Был вечер. Я ехал на конке. Мне, как лицу высокопоставленному, не подобает ездить на конке, но на этот раз я был в большой шубе и мог спрятаться в куний воротник. Да и дешевле, знаете... Несмотря на позднее...

читать далее...

Международный конкурс юных чтецов

Литература в картинках

Третья литературная премия «Лит-ра на скорую руку»

Любопытное из мира литературы

Как Владимир Соловьев переписал мою книгу и выдал за свою, или, Как книжные издательства губят нашу литературу

Как Владимир Соловьев переписал мою книгу и выдал за свою, или, Как книжные издательства губят нашу литературу

О манипуляциях известного телеведущего и крупнейшего издательства страны с книгой Федоры Яшиной «Богоубийцы, или, Колдуй баба сказал дед доставая пистолет», и как подобные манипуляции сказываются на Литературе в целом. Материал публикуется без купюр.

Правительство собирается нас ебать, но мы от этого будем крепчать ;)

Правительство собирается нас ебать, но мы от этого будем крепчать ;)

Правительство России может увеличить НДС на книги с 10% до 18%. Утверждают, что премьер-министр Дмитрий Медведев говорил об этом на совещании с тремя российскими министерствами.

Президент издательства «Просвещение» Владимир Узун: Бумажные книги будут существовать еще долго

Президент издательства «Просвещение» Владимир Узун: Бумажные книги будут существовать еще долго

Электронные учебники в ближайшем будущем не вытеснят бумажные, эти форматы будут еще долго вместе существовать, так как решают разные задачи, считает президент.

Как устроен книжный рынок России

Как устроен книжный рынок России

Сложившийся книжный рынок России можно оценить в 60 млрд рублей без учета учебников. Учебники сознательно не включают в выборку, так как этот сегмент нельзя назвать рыночным на 100%. Указанная сумма – это все деньги всего книжного рынка России от производителей бумаги и типографий до авторов, издателей и книжных магазинов. В валютном ...

Литература в цифрах

5 лет

Срок по истечении которого, по планам господина Новикова, «Эксмо-АСТ» должно войти топ-10 европейских издательств. Источник

20

Количество книг, которое прочитывает ежемесячно литературный критик Сергей Морозов. В авральные периоды вдвое больше. Источник

Прямая речь

Юрий Буйда, писатель:

Литература – занятие адское. Можно ли к нему относиться спустя рукава? Можно. Источник

Елена Соковенина, главный редактор издательства «Эдвенчер Пресс»:

Если у издательства есть любовь к определённому жанру и оно не выпускает всё подряд, то найти свою аудиторию ему намного проще Источник

Мнение В. Румянцева

Валерий Румянцев

Уровень общественной мысли журнала «Новый мир»

«Новый мир» позиционирует себя не только как литературный журнал, но и как журнал «общественной мысли». Да, были  времена, когда это издание славилось высоким  уровнем общественной мысли и в публицистике, и в художественных текстах. А как же сегодня в «Новом мире» обсто...

Кандидаты в классики или?..

В последнюю  четверть века существенно изменилось «лицо» русской литературы, оно подурнело.  Отчасти это произошло под влиянием «постмодернизма», пришедшего к нам с Запада.  Многие наши литераторы в своём творчестве решили «догонять» Европу, хотя пик...

Колонка Юлии Зайцевой

Юлия Зайцева

Голый расчёт

Почти на каждой встрече с читателями Алексея Иванова спрашивают, можно ли прожить на писательские гонорары в России. Вопрос больной, особенно для начинающих авторов. Коммерческие расклады книжного рынка для большинства авторов – terra incognita. Предлагаю краткий путеводител...

Французский книжный социализм

В марте с писателем Ивановым съездили на Парижский книжный салон. Россию в этот раз выбрали почетным гостем. Ее стенд был огромен и многолюден. Институт перевода блестяще справился с задачей главного организатора. Но речь здесь пойдет не о русских изданиях.

Колонка Сергея Оробия

Сергей Оробий

Бедные люди с топорами

В конце мая уместно вспомнить самую громкую пиар-акцию русской литературы под кодовым названием «Новый Гоголь явился!». Обстоятельства одних «фантастических суток» 1845 года хорошо известны: Достоевский прочитал Григоровичу роман, слушатель был «восхищен донельзя», тем же вечером...

Закопать Жанетту

Алексей Цветков выложил в открытый доступ новую книгу стихов. Ну, так все сейчас делают, и небезуспешно: за день, как признался автор, разошелся стандартный тираж поэтического сборника, «бумажной публикацией такого эффекта не добиться». Дело в другом. Книга называется «вместо пос...

Интервью

Литературные мероприятия

23 и 27 мая 2018 года в лектории павильона «Рабочий и колхозница» пройдут лекции цикла «125 лет с Маяковским»

Лекции посвящены судьбе, мифам, творчеству и типологии произведений прославленного поэта.   

Вторая издательская школа Франкфуртской книжной ярмарки и Музея современного искусства «Гараж»

Будут обсуждаться вопросы: как работает книжный дизайн и влияет ли дизайн на продажи книг — и если да, то как?

19 мая. Встреча из цикла «Как рождается слово: Встречи с переводчиками»

Гость — Вера Аркадьевна Мильчина, историк литературы, переводчик с французского, комментатор, ведущий научный сотрудник Института ...

Встречи с писателями

28 мая. Андрей Геласимов и Алексей Варламов

Встреча в рамках лектория «Fabula rasa». Тема: литературные премии – двигатель издательского процесса?

21-26 мая. Гузель Яхина в Москве

Гезель встретится с читателями в книжных магазинах и библиотеке

Книжные новинки

Новости книжных магазинов

Лучшие книги апреля по версии Литрес

Лучшие книги апреля по версии Литрес

Сообщается, что эти новинки апреля завоевали наибольшую популярность. В рейтинге представлены электронные книги, аудиокниги, Литрес: самиздат, Литрес: чтец.

Ridero представило мобильное приложение

Ridero представило мобильное приложение

Мобильное приложение работает как магазин – читатели смогут найти и купить электронную книгу прямо в телефоне.

Лабиринт.ру ищет маркетолога

Лабиринт.ру ищет маркетолога

Дорогие книголюбы, мы ищем в свою команду профессионального и увлеченного менеджера отдела маркетинга. Может быть, это вы?

Премии, Выставки, Конкурсы

Новости библиотек

Словари модных слов и языка интернета появятся в московских библиотеках

Словари модных слов и языка интернета появятся в московских библиотеках

«Словарь новейших иностранных слов», «Словарь поэтический иносказаний Пушкина», «Слитно? Раздельно? Через дефис?», «Этно...

В Москве завершили уничтожение Библиотеки украинской литературы

В Москве завершили уничтожение Библиотеки украинской литературы

Де-факто заведение прекратило работу еще год назад и оставалась только вывеска. Часть фондов была отправлена в Библиотеку иностранной...

Новости издательств

«Просвещение» выиграло у «Эксмо-Аст» 3,7 млрд рублей

«Просвещение» выиграло у «Эксмо-Аст» 3,7 млрд рублей

Приятная новость! «Просвещение» подало иск к «Вентана-граф»  (входит в группу «Эксмо-АСТ») в начале января 2018 года,...

Ridero представило мобильное приложение

Ridero представило мобильное приложение

Мобильное приложение работает как магазин – читатели смогут найти и купить электронную книгу прямо в телефоне.

Журнал «Носорог» запускает одноименное издательство

Журнал «Носорог» запускает одноименное издательство

Сообщается, что издательство будет специализироваться на русской и переводной прозе, как современной, так и той, которая уже ...

Видео

Александр Прокопович, главный редактор издательства «Астрель-СПб» ежемесячно отвечает на вопросы потенциальных писателей

Рецензии на книги

Рецензия на книгу «Время свинга» Зэди Смит

Рецензия на книгу «Время свинга» Зэди Смит

Да, это мощный и современный во всех отношениях роман. Все ищут героя. А героя нет. Потому что он сейчас не главное (а может и никогда им не был). Потому что мышление героями – ложь по отношению к современному моменту (да и самообман к тому же), вчерашний ден...

Рецензия на книгу «Театр семейных действий» Галины Климовой

Рецензия на книгу «Театр семейных действий» Галины Климовой

Эта книга вечное художество; и оно - не только о семье; сверхзадача этой книги гораздо шире. Книга - о жизни и смерти. Это почетные вечные темы; насущнее хлеба и насущнее неба (простите мне эту сверхклассическую рифму...) нет ничего на белом свете.

Рецензия на книгу «Дорогая, я дома» Дмитрия Петровского

Рецензия на книгу «Дорогая, я дома» Дмитрия Петровского

До знакомства с рукописью романа «Дорогая, я дома» мне вообще не приходилось слышать об её авторе Дмитрии Петровском (кстати, был такой поэт-футурист, его полный тёзка, но это к слову). Тем интереснее неожиданно находить в лонглисте такие жемчужины. Как вы уже...

Рецензия на книгу «Номах» Игоря Малышева

Рецензия на книгу «Номах» Игоря Малышева

Назвать этот роман историческим не поворачивается язык. Перед нами метаистория – по Даниилу Андрееву – первичная плазма бытия, бесконечное сегодня, не позволяющее сознанию вырваться из текущего потока и возвыситься над ним, дабы обрести осмысление и ясность.

Детская литература

ЕГЭ-2018: Разработчики КИМ об экзамене по литературе

ЕГЭ-2018: Разработчики КИМ об экзамене по литературе

Минимальный балл по данному предмету, ниже которого вузы не могут устанавливать проходной порог для абитуриентов, составляет 32 тестовых балла. Экзаменационная работа по литературе состоит и...

Запрещенная сказка Чуковского выложена в Сеть

Запрещенная сказка Чуковского выложена в Сеть

Малоизвестная сказка «Одолеем Бармалея!» представлена в фонде Президентской библиотеки.

Альпина Паблишер запустила редакцию «Альпина.Дети»

Альпина Паблишер запустила редакцию «Альпина.Дети»

Сообщается, что цель издательства - создавать книги, которые пробуждают любопытство, помогают найти свое призвание и просто позволят проводить больше времени вместе с ребенком.&nbs...

Их литература (18+)
литература настоящих падонков

«Клуб бывших самоубийц» автор: mobilshark

Меня зовут Сыч. Я – никто, такова особенность моего внутреннего «я». Эти встающие раком буквы – бунт на карачках против себя самого. Звучит абсурдно, поскольку у меня есть только сознание своего «я», но самого «я» нет, его лицо стерто. Мое сознание необитаемо. Обрамляющие меня обстоятельства – бесформенная зыбучая явь, но я хочу выбраться из этой мути в гущу событий. Как говорит доктор Мыс, мне надо кончить на бумагу горьким соусом истинной правды, чтобы найти в нем каплю самоуважения. далее...

«Я и Путин» автор: Моралес

До Коломенской осталось полминуты,
И народ толпился в стареньком вагоне,
На сидении напротив ехал Путин
В адидасовской толстовке с капюшоном.
Просто так, как будто дворник или слесарь,
Словно менеджер в Хундай-автосалоне,
Вы подумайте, в вагоне Путин ехал!
Тетрисом играл в своем айфоне.
А народ стоял, не замечая,
Рядом два таджика что-то ели,
Черными еблищами качая
В такт колесам, едущим в туннеле.

далее...

Доска объявлений

Условия публикации здесь

Продам коллекционные книги, выпущенные малым тиражом

Есть данные, что книги из этого тиража были подарены И. И. Сечиным В.В. Путину и некоторым другим высокопоставленным лицам. далее...

Внимание! Литературный конкурс!

Продолжается приём произведений на литературный конкурс - объявлен в первом номере журнала «Клио и Ко»! - на тему революций 1917 года в России, гражданской войны и военной интервенции. далее...

В проект «Полка» на фултайм нужен младший редактор

У нас команда во главе с Юрием Сапрыкиным, дизайн «Чармера», офис в самом центре Москвы, достойная зарплата. далее...

Колонка Сергея Морозова

Записки Старого Ворчуна

Топ сочинителей на российском политическом Олимпе

Сегодня поговорим о графоманах в органах законодательной, исполнительной, и судебной властей РФ. Нет, четвертой власти внимания мы не уделим, там и так все ясно. Займемся литераторами-чиновниками.

Подборка самых эпичных драк современных русских литераторов

Литература умирает. Кино и компьютерные игры загнали писателей в подвалы и канавы, откуда несчастные с шипением вампиров встречают Солнце нового мира. Алкоголь, плохое питание, падающие тиражи – все провоцирует постоянный стресс. Выход один – хорошая драка! Но Золотой век русской культуры миновал.  Литераторы не только пишут значительно хуже предшественников, но и дерутся на пивных стаканах, а не дуэльных пистолетах, как раньше. Писатель на пенсии, Старик Лоринков, вспоминает самые эпичные драки современной русской литературы.

Наши партнеры

ОБЩЕСТВЕННО-ЛИТЕРАТУРНЫЙ ЖУРНАЛ - ОСИЯННАЯ РУСЬ
Книжная ярмарка «Ut Liber»
ГИЛМЗ А.С.Пушкина
Государственный
историко-литературный
музей-заповедник
А. С. Пушкина
Международный конкурс юных чтецов