комиссия-по-конопле.рф
Лит-ра.инфо - новости литературы
Интервью

Галина Юзефович: великий русский роман – сферический конь в вакууме

Галина Юзефович: великий русский роман – сферический конь в вакууме 02.09.2018

На Фантассамблее, фантастическом конвенте, который прошел в августе под Петербургом, «самый известный критик Рунета» (по определению Википедии) дала интервью порталу Rus.Postimees.

«Люди в Эстонии жили в сказке, но ей не радовались»

 Как становятся писателями – ясно: обычно человек что-то пишет с детства, потому что не может не писать. Как становятся критиками?

– Я всю жизнь любила читать книжки гораздо больше, чем все остальное на свете. Тратила на это больше всего времени. И в какой-то момент обнаружила, что если лежать на диване, читать книжку, а потом про нее написать, в хорошем варианте за это дадут денег, а в плохом – бесплатную книжку. Для меня это был серьезный стимул, я поняла, что для этого я и создана, что это моя органика. Все нормальные люди что-то пишут, а у меня нет ни одного толком начатого произведения. Я потребитель, мне нравятся чужие истории, у меня нет амбиций сочинять собственные. На том я стою и не могу иначе.

 Какую роль сыграло в вашем литературном становлении то, что вы – дочь своего отца, писателя Леонида Юзефовича? Не бунтовали ли вы против его литературных вкусов?

– Нет, бунта не было. Мы с папой всегда жили душа в душу, и, конечно же, он оказал на меня огромное влияние. В фундаментальных, корневых вещах наши вкусы совпадают, хотя мы можем расходиться в оценке чего-то свежего и нового. Мои родители рано развелись, отец жил далеко, бунтовать не было нужды. Как писал Бродский: «И сны твои, мой Телемак, безгрешны...» Виделись мы нечасто, и я всегда с радостью принимала все книжные советы, которые отец мне когда-либо давал.

Другие интервью Галины Юзефович

Но: сегодня мало кто помнит, что папа стал знаменитым писателем в 2001 году, когда мне было 26 лет и я уже писала о книжках. Папа всегда был человеком литературным, но пока я росла, он работал школьным учителем, и тот факт, что он писатель, не играл в моем взрослении большой роли.

 А то, что вы по образованию античник, вас сильно сформировало?

– Бесконечно сильно, это один из краеугольных камней моей личности. Я с раннего возраста любила всё, что связано с Древней Грецией в большей степени и Древним Римом в меньшей...

 Обычно наоборот, нет?

– Да простится мне гендерное различение, но, кажется, мальчики чаще любят Рим, а девочки наоборот. Я начинала с мифологических сюжетов, постепенно перекочевала в область античной драмы, а там уже и эпос подтянулся, и это всё – Греция... Главное, чему меня научили на античном отделении, – close reading, внимательное, медленное чтение. Я много лет читала быстро и страшно собой гордилась: вжухх – толстый том за полтора дня!.. А практика обучения на античном отделении – это чтение. Нет лучшего способа научиться читать, чем через древних авторов: они ужасно трудные, тексты – тяжелые, ты волей-неволей разбираешь их на такие волокна, на какие обычные люди книжки не разбирают. Латинский язык славен многозначностью, слово обладает бесконечным набором значений, и нужно найти область допустимых значений, которая позволит тебе интерпретировать текст...

В итоге формируется способность, которая и является моей единственной суперспособностью: я правда очень хорошо умею читать – разными способами, с разной скоростью и на разную глубину. Образование – важный элемент моей самоидентификации, хотя я давно не практикую как античник. Я много лет преподавала латынь филологам – и перестала это делать, осознав, что выучила антологию Подосинова наизусть.

 Можете ли вы сказать, что у вас, кроме профессии, есть миссия?

– Ох. Миссия – пафосное слово... Я не думаю в таких терминах. Это – моя жизнь. Моя профессия и моя жизнь неразделимы. Счастливые люди приходят вечером домой – у них рабочий день кончился. А барьера, который отделял бы мою работу от остальной меня, нет. Вижу ли я тут миссию? Иногда вижу. Но в этот момент надо, наверное, выпить пятьдесят граммов коньяка, перекреститься и перестать про это думать...

 ...И перечесть «Женитьбу Фигаро».

– Да-да.

 В сферу ваших научных интересов входит изучение представлений о Прибалтике как о советском Западе. Может быть, вы знаете что-то интересное об Эстонии?

– Есть одна неожиданная вещь: удивительным образом взгляд на жизнь в советской Эстонии изнутри и извне не совпадал. Люди, приезжавшие в Эстонию на отдых, рассыпались в бесконечных восторгах: как здесь прекрасно, как богато, и то можно купить, и это, кафе, поливная керамика, сезонное меню, клубника со взбитыми сливками – крышесносное всё. Богатство мира вещного, мира интеллектуального... Мой знакомый из Екатеринбурга выучил эстонский, чтобы читать «Эстонскую энциклопедию», в которой была статья о The Beatles. Финское телевидение, опять же: когда в 1984 году СССР бойкотировал Олимпиаду в Лос-Анджелесе, люди ездили в Эстонию смотреть соревнования «по финнам».

А для самих жителей Эстонии всё это не было ценным. Они говорили, что живут просто и бедно. Москва и Питер – да, там магазины, богатство, культура, а у нас всё скучное, убогое, сирое. То есть если для жителей остального Союза воображаемый Запад материализовался в Эстонии, жители Эстонии ничего такого не видели. Для меня это удивительная история о людях, которые живут в сказке, но ей не радуются. Взгляд на сказку может быть разным.

«Между нами всё кончено! Вы глупая, необразованная, продажная...»

 Хоть вы к этому и непричастны, вокруг вас годами формируется образ, о котором Википедия сообщает: «Юзефович заняла в сознании читающей публики место одного из самых популярных критиков в современной русской литературе». Плюсы ситуации для человека, у которого есть что сказать urbi et orbi, очевидны, но есть ведь и минусы. Например, искушение непогрешимостью...

– Это всё видно только снаружи, а изнутри... Я не просто не вижу себя непогрешимой, наоборот, я во всем сомневаюсь – и мне ужасно не хватает книжных и околокнижных разговоров, чужих мнений и идей. Каждый раз прежде чем сесть писать текст про книжку, я малодушно читаю то, что написали коллеги, – не потому, что планирую списать, а чтобы что-то в себе верифицировать. Беда в том, что этого – написанного – очень мало! По мне калибруются многие, а мне калиброваться не по кому.

Честное слово, у меня не было планов стать самым известным критиком, наоборот, мне из-за этого не очень комфортно. Знаете, почему я им стала? В сегодняшнем литературном пространстве я – единственный человек, который пишет обзор каждую неделю, а летом – каждые две недели. Никто, кроме меня, не делает этого регулярно и в таких количествах. Отчего я и доминирую, прости господи, в этом пространстве. Это очень патологичная ситуация. Британская газета Guardian как-то делала интервью с критиками – три страницы одних только имен, они все дико разные, все известные, спорят друг с другом, коммуницируют... В нашем пространстве я – практически единственный такой человек, или, во всяком случае, один из очень немногих, и как результат, я оказалась у всех на виду. Просто я поддерживаю сложную бизнес-модель: зарабатываю на жизнь не тем, что я пишу о книжках. Meduza не платит мне столько, чтобы хватало на жизнь. Зарабатываю я по-другому – и делаю это в частности для того, чтобы писать про книжки.

 Но есть ведь блогеры, пишущие о книгах регулярно?

– Они делают это иначе. Людей, которые писали бы три, да хотя бы одну рецензию каждую неделю на протяжении длительного времени – мало. Блогеры пишут короткие эмоциональные заметки, для меня, кстати, бесценные. С тех пор, как я открыла для себя Telegram, жизнь моя заиграла новыми красками – я нашла своих и немножко успокоилась.

Но в целом, коротко говоря, нынешняя ситуация мне не нравится. Меня можно не любить – хотя мне это понять трудно, я такая миленькая, такая няшная... (Смеется.) Меня не упрекнешь в том, что я топчу конкурентов. Наоборот, я пытаюсь пробудить в людях желание писать о книгах. Уважаемые издания часто просят меня найти им кого-то, кто писал бы про книжки, как я, но был бы не я. И я никого не нахожу. Люди говорят: я работаю, гонорары маленькие...

 Это же очень времязатратная штука.

– Конечно. 80 процентов моего рабочего времени я трачу на обзоры для Medusa: чтение, отбор, осмотр окрестностей, написание текста. Я не из тех, кто положил пальцы на клавиатуру – и быстренько всё написал, на текст я трачу день.

 А это правильно, когда властителем дум становится критик? Вы по определению субъективны – но хорошо ли это, когда субъективное мнение обретает такой статус?

– Очень плохо! Мне не нравится, когда на меня молятся, объявляя мой вкус эталоном, и предъявляют претензии за любую книгу, которая мне понравилась, а читателю нет. Ко мне регулярно ходит разъяренный читатель и говорит: «Я вам доверял, я был полностью ваш, читал всё, что вы посоветуете, но тут я прочел... – следует название книги, – и теперь между нами всё кончено! Вы глупая, необразованная, продажная...»

Человек должен ориентироваться на множество голосов – и не обижаться, если с кем-то не совпадает. Если вы хотите поддерживать картинку реальности, вы должны читать всё, что выходит в данном литературном пространстве. Меня спрашивают: как сориентироваться в литературе? Я начинаю объяснять – и понимаю, что теряю слушателя, когда говорю, что надо хоть раз в неделю заходить в книжную рубрику Guardian или New York Times и прочитывать ее от начала до конца. Казалось бы, небольшой труд. Но тут ломаются все.

 Что происходит, если книга популярна, а вы ее читаете – и она вам активно не нравится?

– Я пишу, что она мне не нравится, и рассказываю, почему она популярна. Иначе зачем затеваться? Есть популярный жанр: критик упражняется в остроумии, обстебывая автора и его книгу. Как по мне, это непродуктивно – плюс, конечно, мне не хватает остроумия. Можно обсудить, почему последние романы фандоринского цикла кажутся мне очень слабыми, но это не повод, чтобы издеваться над текстом и тем более над автором. Лучше рассказать, почему книга «работает», несмотря на то, что мне лично она кажется фигней чистейшей воды.

 Вы говорите о том, что бестселлер должен соответствовать неким подсознательным ожиданиям аудитории. Но о каких ожиданиях можно говорить, скажем, в хрестоматийном случае «Имени розы»?

– Задним числом все понятно! Люди, умеющие читать сложные тексты, тоже любят истории и сюжеты, и таких людей больше, чем принято считать, – это и есть ключ к тиражам «Имени розы». До этой книги считалось, что сюжетная литература – для одних, а Средние века и тонкие чувства – для других. Между тем люди, читавшие возвышенное, тайком, как в публичный дом к шлюхам, ходили читать сюжетную прозу. А тут всё сошлось, и это был огромный прорыв.

 А нужно ли, чтобы книга была написана хорошо? Есть же феномен «50 оттенков серого», когда запрос явно побил литературность.

– Фактор «как написано» работает на сохранение книги в фокусе читательского внимания на протяжении длительного времени. Книга, попадающая в читательские ожидания, может быть написана плохо, но тогда она рискует повторить судьбу «50 оттенков»: этот роман уже не ищется Гуглом, о нем забыли, а эпигоны Э.Л. Джеймс умерли голодной смертью – именно потому, что с литературной точки зрения это фуфло. Помните «Детей Арбата»? В нашей юности – великий бестселлер, самая обсуждаемая книга. Ныне это читать невозможно, роман написан невыносимо плохо – и его в самом деле никто не читает.

«Меня штырит меньше, и я постоянно увеличиваю дозу»

 Писатель сегодня должен следовать заповеди «сам танцует, сам поет, сам билеты продает» – быть активным в соцсетях, пиарить себя; таковы законы рынка. Велики ли в итоге потери литературы?

– Думаю, довольно велики. Но конкретно с русской литературой беда в том, что русских писателей очень мало. Есть известная легенда: где-то под спудом томятся сотни, тысячи талантливых имен, которых никто не печатает. Я какое-то время честно читала непризнанных гениев, всем им верила...

 Вы добрая женщина!

– Да. Была... Я могу вспомнить одного человека, который достоин известности – и которого не печатают из-за его дурного характера. В остальном – пустыня. Если вы предлагаете издателю дописанный роман, в котором есть хоть какие-то признаки романа, вероятность, что вас издадут, стремится к 100%. Мне не так давно поблазнилось, что я открыла писателя: Борис Клетинич опубликовал в журнале «Волга» роман, который мне очень понравился. Я понеслась с ним к издателю Елене Шубиной, та уже начала его читать – и тут из другого издательства пришло известие, что Клетинича издают буквально через месяц. «Я фантаст, меня не возьмут» – тоже легенда: если у вас в книге есть что-то, кроме звездолетов, если это нормальный роман с фантастическим допущением, – оторвут с руками. Издательский голод у нас – жуткий. Неумение плясать и продавать билеты – не главный бич русской литературы.

 Вы часто говорите о писателе как персонаже, о создании образа в тех же соцсетях. Насколько вы сами – персонаж, который должен быть милым, относительно искренним в ФБ и так далее?

– Я в этом смысле полный болван. Чаще всего люди, которые со мной знакомятся, говорят: «Ой, да вы точно как в Фейсбуке!» Это правда, у меня нет другого лица и другой жизни. Как-то я обнаружила, что живу обычной жизнью, говорю обычные вещи, а вокруг меня собралась большая толпа народа. Появление этой толпы я не отрефлексировала – и повела себя как простодушный лопух. Моя личность оказалась востребована в ФБ, и это было для меня сюрпризом. Да, я и правда такая вот вся няшечка – ну или не няшечка...

Когда я осознала, что превратилась в персонажа, мне стало тоскливо: образ всегда сковывает. Так что многие вещи я из ФБ потихоньку убираю: сократила рассказы о детях, убрала под замок кулинарию, убрала высказывания на нелитературные темы – я не готова разгребать субстанции, которые мне в итоге прилетают. Конечно, меня воспринимают как персонажа, но сегодня это – некий ракурс меня, не более. Впрочем, я думаю, нельзя придумать персонажа, который совсем на тебя не похож.

 Сколько вы читаете? Какую долю в этом чтении составляют книги, которые вас просят прочесть, а какую – те, что вы хотите прочесть сами? Ну или перечесть.

– Перечесть – никакую. Разве что я веду курс о современной литературе и каждые два года перекраиваю всю программу, включая в нее книжки, которые хочу перечитать. В позапрошлом году в программе был «Щегол» Донны Тарт, его я еще хорошо помню, поэтому в этом году в программе – «Тайная история» ее же...

Попросить меня что-то прочесть трудно: издательства присылают свои планы, я сама выбираю, что именно буду читать. Никто ни о чем попросить меня не может. Иногда я читаю то, что мне рекомендуют значимые для меня люди. Скажем, я никогда не стала бы читать фантастику – «Новую Луну» Йена Макдональда или «Фарбрику» К.А. Териной, – если бы эти книги не посоветовали мне те, с чьим мнением я считаюсь. Единственный секрет – такие советы должны быть бескорыстны. Я не читаю книг, которые мне настойчиво впаривают авторы или издатели.

Моя нормальная скорость – это две-три книги в неделю. Бывают тяжелые периоды – четыре книги. Бывают счастливые – одна книга, это случается летом, когда я пишу обзор раз в две недели.

 Что такое «квалифицированный читатель», о котором вы часто говорите?

– Отсечка – в точке разнообразия. Как только читатель перестает читать что-то одно и начинает читать разное, он становится квалифицированным. Лирическое отступление: моя любимая подруга, переводчик Анастасия Завозова училась на курсах сомелье и рассказывала, что выделяют пять уровней квалификации винопития. Первый: человек любит сладкое и пузырики. Второй: сильные вина с выраженным вкусом. Третий: вина с тонким вкусом. Четвертый: ты понимаешь, что на свете есть еще сложные десертные вина. И пятый: ты идешь в супермаркет и покупаешь за 300 рублей болгарский автохтон – тебе интересно, что это такое. Ты можешь употреблять что угодно. Ты можешь, если говорить о критиках, читать фантастику и вообще любые тексты...

 А притупление вкусовых сосочков?..

– Есть такое дело. Когда все читали «Маленькую жизнь» Ханьи Янагихары, рыдая в три ручья, я ощущала себя черствым бревном: Янагихара мне очень понравилась, но я не пролила ни слезинки. Может, острота эмоционального восприятия и правда снижается. Меня штырит меньше. И я постоянно увеличиваю дозу. Душа требует...

 Возможен ли – по аналогии с великим американским романом – великий русский роман?

– Попытки написать великий американский роман делаются по меньшей мере раз в год. А сколько было в прошлом веке великих русских романов? Навскидку: «Тихий Дон», «Мастер и Маргарита», «Дар», ладно, пусть будет «Доктор Живаго»... Я бы добавила сюда «Призрака Александра Вольфа» Газданова, потому что он мне очень нравится. В общем, великий русский роман – абстракция. Этого сферического коня в вакууме можно писать любым способом.

Я бы не сказала, что мне не хватает великого русского романа. Скорее, мне не хватает русского романа, который фиксировал бы что-то важное для меня сиюминутно, пусть даже оно перестанет быть важным спустя какое-то время. Мне не хватает просто русского романа, который я прочитаю с восхищением, с эмоциями, сильными и яркими, пусть и негативными. Бог с ним, с великим...

Источник: rus.postimees.ee


Комментировать

Возврат к списку

Комментировать
Защита от автоматических сообщений
CAPTCHA
Введите слово на картинке

 

Прямая речь

Роман Сенчин, писатель:

Хозяин, как известно, барин, но хочется заметить, что «публики» у русской литературы почти уже не осталось Источник

Олег Новиков, совладелец «Эксмо-АСТ»:

Мы полагаем, что одна из целей иска — желание обанкротить конкурента Источник

Михаил Сеславинский, руководитель Роспечати:

Я посмотрел, оказывается, травка так называлась – заря. Пучок зари. Это имеет какое-то значение? Никакого! Источник

Короткое чтиво на каждый день

«Планета счастья» Сергей Скляров

Теперь ангелы с лицами девушек из эротических фильмов кружили над Поповым, указывая дорогу.
Попов перестал быть самим собой – двадцатитрехлетним коммерсантом, торгующим французской косметикой и совсем недавно открывшим для себя Планету Счастья. Теперь он превратился в кого-то другого, свободного и всемогущего. Платинумен – это странное и блистательное...

«Два богача» Иван Тургенев

Когда при мне превозносят богача Ротшильда, который из громадных своих доходов уделяет целые тысячи на воспитание детей, на лечение больных, на призрение старых — я хвалю и умиляюсь.
Но, и хваля и умиляясь, не могу я не вспомнить об одном убогом крестьянском семействе, принявшем сироту-племянницу в свой разоренный домишко.

Литература в картинках

«Список абонентов московской телефонной сети» 1928 года Посмотреть полный размер

«Список абонентов московской телефонной сети» 1928 года

Справочник выставлен на торги в «Литфонде». Было время, когда номера телефонов известных писателей мог узнать любой человек. И позвонить...
Третья литературная премия «Лит-ра на скорую руку»

Любопытное из мира литературы

Писатель, Павел Басинский об архивных делах выпускников и преподавателей Литературного института

Писатель, Павел Басинский об архивных делах выпускников и преподавателей Литературного института

В архиве Литературного института десятилетиями хранятся "дела" выпускников и преподавателей этого единственного в мире вуза, где готовят писателей. Интересно листать, например, "дела" преподавателей и студентов Литературного института советской эпохи.

Роман Сенчин — о том, чем опасна для писателя и читателя уничижительная критика

Роман Сенчин — о том, чем опасна для писателя и читателя уничижительная критика

Всё громче и настойчивее звучат голоса: писатели измельчали, читать нечего. В прошлый раз такие разговоры велись в конце 1990-х — самом начале 2000-х. Но потом появилась целая, не побоюсь этого высокопарного слова, плеяда молодых писателей, а главное — у них наш...

Как писатель антисталинист получил Сталинскую премию

Как писатель антисталинист получил Сталинскую премию

Про Анатолия Рыбакова (1911 – 1998), который, как утверждают, был крепкий, профессиональный беллетрист и не только.

Как писать хайку на русском языке

Как писать хайку на русском языке

Хайку – национальная японская форма поэзии, жанр поэтической миниатюры, просто, лаконично, ёмко и достоверно изображающий природу и человека в их нерасторжимом единстве.

Анекдот про книги

Анекдот про книги

Умирает старый профессор. Лежит на диванчике, в кабинете, у диванчика — его старый фронтовой друг. Профессор голову приподнимает, показывает на книжные полки, висящие над рабочим столом. «Это всё, — говорит, — книги, которые я написал».

Литература в цифрах

400 рублей

стоимость услуги бета-ридера за 1 а.л. Источник

Менее 45 кг

Величина подушевого потребления бумаги для печати, в 2016 году Источник

6 месяцев

Столько времени занимает процесс допечатной работы над детской книгой Источник

Колонка Лидии Сычёвой

Лидия Сычёва

Лидия Сычёва – прозаик, публицист, главный редактор интернет-журнала «МОЛОКО» и сайта «Славянство – Форум славянских культур», лауреат международных и всероссийских литературных премий.

Колонка Юлии Зайцевой

Юлия Зайцева

Юлия Зайцева - продюсер писателя Алексея Иванова, директор Продюсерского центра «Июль»

Колонка Сергея Оробия

Сергей Оробий

Сергей Оробий - критик, литературовед. Кандидат филологических наук, доцент Благовещенского государственного педагогического университета. Печатается в бумажных и электронных литературных журналах.

Колонка Сергея Морозова

Сергей Морозов

Сергей Морозов - литературный критик.

Мнения В. Румянцева

Валерий Румянцев

Лирические и юмористические стихи, басни, литературные пародии, сказки, статьи; реалистические, сатирические и фантастические рассказы Валерия Румянцева печатались в 180 изданиях РФ и за рубежом. Вышло 12 книг.

Записки старого ворчуна

Старик Лоринков

Ко всем текстам, представленным в данной колонке, приложил руку лично Старик Лоринков. Редакция допускает, что все изложенное в данной колонке, может быть литературным вымыслом. Но может и не быть.

Интервью

Литературные мероприятия

20 дек. Круглый стол, посвященный 100-летию Александра Солженицына

Тема дискуссии – «Значение и влияние творческого наследия А.И. Солженицына».

Новогодняя распродажа «Счастья много не бывает» Книги на вес на Рождественской ярмарке в стиле Ар Деко

22 декабря в Музее Ар Деко в Москве Редакция № 1 издательства «Эксмо» проведет традиционную распродажу книг на вес. ...

24 дек. «Грамотные понедельники»

Лекция В. Ефремова «Русский гендер (о феминитивах и не только)».

Встречи с писателями

1 дек. Макс Фрай

Макс Фрай представит новую книгу «Тяжелый свет Куртейна. Синий»

2 дек. Роб Биддальф

Российскому читателю Роб Биддальф знаком по замечательным книгам-картинкам «Пёс не тот», «Бумажный змей», «Пираты».

Книжные новинки

Рецензии на книги

Александр Прокопович, главный редактор издательства «Астрель-СПб» ежемесячно отвечает на вопросы потенциальных писателей

Александр Прокопович, главный редактор издательства «Астрель-СПб» ежемесячно отвечает на вопросы потенциальных писателей. Август - 2018

По моей оценке на всю Россию, есть приблизительно 20 человек, которые непосредственно принимают решение о публикации книг новых авторов.

Александр Прокопович, главный редактор издательства «Астрель-СПб» ежемесячно отвечает на вопросы потенциальных писателей. Июль

Лимит не в авторах – а в бюджете. Это дорогое удовольствие, и эффект начинается от суммы порядка 6 миллионов

Премии, Выставки, Конкурсы

Новости библиотек

Ульяновская областная научная библиотека имени В.И. Ленина запускает Международный конкурс #ПушкинLike: читаем Пушкина на языках народов мира

Ульяновская областная научная библиотека имени В.И. Ленина запускает Международный конкурс #ПушкинLike: читаем Пушкина на языках народов мира

Конкурс приурочен к 220-летию со дня рождения русского поэта Александра Сергеевича Пушкина и призван сплотить ...

20 дек. Круглый стол, посвященный 100-летию Александра Солженицына

20 дек. Круглый стол, посвященный 100-летию Александра Солженицына

Тема дискуссии – «Значение и влияние творческого наследия А.И. Солженицына».

Названа лучшая тактильная книга для детей

Названа лучшая тактильная книга для детей

В Российской государственной детской библиотеке подвели итоги конкурса на лучшую тактильную книгу для детей с ...

Новости издательств

Обзор ключевых новинок, которые выйдут в январе 2019 года в «Редакции Елены Шубиной»

Обзор ключевых новинок, которые выйдут в январе 2019 года в «Редакции Елены Шубиной»

А также планы на февраль 2019 года и воспоминания ноября 2018 года.

Издательство Clever запускает сеть партнерских магазинов

Издательство Clever запускает сеть партнерских магазинов

Специализирующееся на детских книгах издательство Clever планирует к 2022 году открыть 50 магазинов под своим брендом. Половину из...

«Альпина» в Amazon

«Альпина» в Amazon

Книги «Альпины» на русском языке от российских и зарубежных авторов уже доступны в электронном формате на...

Новогодняя распродажа «Счастья много не бывает» Книги на вес на Рождественской ярмарке в стиле Ар Деко

Новогодняя распродажа «Счастья много не бывает» Книги на вес на Рождественской ярмарке в стиле Ар Деко

22 декабря в Музее Ар Деко в Москве Редакция № 1 издательства «Эксмо» проведет традиционную распродажу книг на вес.  

Видео

Новости книжных магазинов

Лабиринт: Скидки  на книги 40% до 21 декабря

Лабиринт: Скидки на книги 40% до 21 декабря

Сообщается, что скидка 40% распространяется на десять тысяч увлекательных, полезных, занимательных, красивых, новог...

Объявлены лучшие книжные магазины столицы

Объявлены лучшие книжные магазины столицы

В этом году на конкурс было подано рекордное количество заявок – 142 заявки, что почти в три раза больше, чем в про...

В сети магазинов «Республика» стартовала акция «Три книги Ad Marginem по цене двух»!

В сети магазинов «Республика» стартовала акция «Три книги Ad Marginem по цене двух»!

В акции участвует почти весь наш ассортимент. Исключение — серия «Основы искусства».

Лучший книжный магазин Москвы-2018

Лучший книжный магазин Москвы-2018

Портал «Активный гражданин» проводит голосование среди граждан, с целью выяснить какой книжный магазин мо...

Их литература (18+)
литература настоящих падонков

«Я и Путин» автор: Моралес

До Коломенской осталось полминуты,
И народ толпился в стареньком вагоне,
На сидении напротив ехал Путин
В адидасовской толстовке с капюшоном.
Просто так, как будто дворник или слесарь,
Словно менеджер в Хундай-автосалоне,
Вы подумайте, в вагоне Путин ехал!
Тетрисом играл в своем айфоне.
А народ стоял,...

далее...

«Смерть рыжей годзиллы» автор Мзунгу

В 80-тые годы я провел сотни часов у радиоприемника, слушая «Голос Америки» и «Радио Свободы». И чем сильнее их глушили советские спецслужбы, тем крепче становилась моя любовь к Америке.
И вот, наконец, здравствуй Америка - страна сильных, смелых, умных и свободных людей!!!
В аэропорту меня встречала женщина по имени Бренда,...

далее...

«Брат» автор: гражданин Фильтрубазаров

Впервые он заступился за меня перед самой школой, когда мне было уже 7 лет. До этого он рассказывал мне, что на Луне живут непослушные дети, которые делают там всё, что хотят и о которых совсем позабыли уже их родители…

Ещё он кормил меня кислой вишней и говорил, что это очень полезно. А когда я морщился – он ржал, как ...

далее...

Детская литература

Объявлены лауреаты конкурса «Книгуру»

Объявлены лауреаты конкурса «Книгуру»

В 2018 году в конкурсе приняли участие 708 авторов. Для Короткого списка эксперты отобрали 15 произведений, которые были выложены в свободном доступе на сайте конкурса kniguru.info. Кому достались призовые места – решили дети и подростки.

Стали известны темы итогового сочинения 2018-2019 гг

Стали известны темы итогового сочинения 2018-2019 гг

Для каждого субъекта Российской Федерации предусмотрен свой набор тем для итогового сочинения.

2 дек. Роб Биддальф

2 дек. Роб Биддальф

Российскому читателю Роб Биддальф знаком по замечательным книгам-картинкам «Пёс не тот», «Бумажный змей», «Пираты».

Наши партнеры

ОБЩЕСТВЕННО-ЛИТЕРАТУРНЫЙ ЖУРНАЛ - ОСИЯННАЯ РУСЬ
Книжная ярмарка «Ut Liber»
ГИЛМЗ А.С.Пушкина
Государственный
историко-литературный
музей-заповедник
А. С. Пушкина